Жена Лужкова стала помещицей

Отзывы крестьян: "Взять бы автомат и добраться до "Интеко", а Виктора Батурина "подвесить за ноги"

Жена Лужкова стала помещицей

Галина Сапожникова

[...] Барыня [...] оказалось фигурой значимой — самой богатой женщиной России, официальной миллиардершей и женой московского мэра Еленой Батуриной. Её очередной бизнес-каприз был далек от кружевного белья и соломенных шляпок и даже от разноцветных пластмассовых тазиков, которыми её фирма обеспечила страну до скончания века. Сельское хозяйство — таков новый конек этой стопроцентной горожанки, знающей о деревне только из книжек. [...]

Поговаривали, что непрестижный сельскохозяйственный бизнес Елене Батуриной навязали сверху. Не совсем так: она купила на Белгородчине два цементных завода, на презентацию приехал супруг Юрий Лужков, и руководство области, расчувствовавшись, предложило: «А вот есть тут у нас ещё несколько лакомых кусочков. Не хотите ли?» Елена Батурина со старшим братом Виктором, который по совместительству является вице-президентом компании «Интеко», достали калькуляторы и поняли, что очень даже хотят. Потому что все остальное в России уже поделено [...]

Московская компания «Интеко» скупила в Белгородской области 42 тысячи гектаров плодородной земли и затеяла сельскохозяйственную революцию. [...]

Идёт война народная, священная война!

«Интеко» начало наступление сразу на 4 белгородских района. Если в Прохоровском и Ивнянском их победоносный марш, называемый санацией (алгоритм прост: постройки снесем, скот зарежем, лишних работников уволим. — Авт.), приняли как приговор, то в Волоконовском и Валуйском — как вызов. Народ создает временные комитеты по защите колхозов от «олигархов» и выставляет блокпосты к уцелевшим сараям.

— Сейчас я вам покажу, во что они («олигархи». — Авт.) превратили наш свинарник! — обещает бывшая заведующая Покровским свинокомплексом Валентина Диденко.

Приезжаем. Зрелище и в самом деле впечатляет: если нужно снимать кино про войну — то вам сюда. Неужели совсем недавно на этом самом месте стояло 10 крепеньких корпусов, реконструированных как раз перед самой перестройкой?

— Всего у нас в хозяйстве было 38 тысяч племенных свиней, а конкретно здесь 11 тысяч. Всех истребили за неделю. Свиноматке пороситься вот-вот, а они её на мясокомбинат! Корову в кузов закидывают, а она телится, и из живота ноги теленочка торчат... Свинарки с доярками плакали и ложились под колеса «КамАЗов»... Инвесторы успокаивали: ничего страшного, в мае построим новые корпуса и завезем элитный скот, он уже стоит на границе. Уговорили всех написать заявления об увольнении по собственному желанию, сказали: так вам лучше будет. Все и поверили. И что теперь? Обманули! Ни пособия на бирже не получить, ни расчетных! Поэтому мы решили восстановить колхоз и последних уцелевших поросят охранять сами. Женщины днём обороняются, а мужчины — ночью.

— От кого охраняете-то?

— От самих себя. Потому что «олигархи» сказали людям: чем быстрее вы все разрушите, тем быстрее начнём строить. Все и побежали ломать: кто шифер к себе на двор потащил, кто стекла, кто кирпичи...

Теперь село Покровка выглядит так: природную тишину не нарушает тарахтение ни одного трактора — всю технику распродали за бесценок. Что продать не удалось, на глазах у всех подавили бульдозером. Уволенные в никуда скотники и свинарки по привычке ходят на работу, за которую им никто не заплатит. В откормочном комплексе сидят на диете 1700 поросят, их на убой не отдали, чтобы в жизни остался хоть какой-то смысл. Кормят хрюшек силосом, больше нечем, поэтому они худенькие, как балеринки. Лежат себе, грустно свесив рыльца. «Голодные просто. Сейчас мы как луноходом дрыкнем — они и завизжат!» — ласково говорят свинарки. Перевожу на русский язык: если загреметь конструкцией, по которой к ним поступает силос, они решат, что их будут кормить, и захрюкают от счастья. Эти поросята для жителей Покровки — последний островок былой стабильности, когда все были при какой-никакой работе, хоть и не оплачиваемой по нескольку месяцев.

А сегодня утром над Покровкой вообще зареяло знамя гражданской войны, потому что в село приехал представитель «Интеко» и заявил: Батурины делают вам царский подарок и приказывают всех поросят бесплатно раздать по домам. Чувствуете, как народ сталкивают? Одни радостно побегут за халявными поросятами, а там их с монтировками будут поджидать другие... К тому же людей в селе явно больше, чем свиней, что само по себе тоже является поводом для начала военных действий. «Нечего делать междоусобицу: поросята останутся общественными!» — постановили в Покровке. В белгородском офисе «Интеко» над такой непрактичностью только посмеялись: у поросят все равно судьба одна — умирать...

Эту впечатляющую картину дополняют пустые поля, заросшие бурьяном. В Волоконовском и Валуйском районах в этом году абсолютно ничего не сеялось! Купив хозяйства с миллионными долгами, разрушив сараи и истребив стадо, «Интеко» поставило обществу ультиматум: арендные отношения нам не подходят, строить и вкладывать будем только тогда, когда земли будут в нашей собственности. Земля в Белгородской области мягкая, как перина, ноги проваливаются почти по щиколотку, и ничего-то нынче на этой богатой земле не растет, кроме травы. Здесь была пшеница, здесь — ячмень, здесь — свекла... Ходят по полям одинокие косари с классическими старинными косами, с которыми в детских книжках рисуют старуху Смерть: раньше-то можно было выпросить колхозную косилку, а теперь корм приходится заготавливать вручную.

По этой причине многие распродали коров и завели себе коз, а с козы много не наешься. «Вот что мы с мужем и дочкой сегодня ели? — перечисляет Светлана Бондарева, работавшая в охране разрушенного свинокомплекса. — Утром — полтора литра козьего молока, в обед — картошку и три яйца. Хлеба третий день нет: сидим без денег с последней зарплаты. Взять бы мне автомат и добраться до этого самого «Интеко»!» — неожиданно зло заключает она. Её с энтузиазмом поддерживает проходящая мимо крохотная старушка: «Попался бы мне этот Батурин, задушила бы своими руками и подвесила в гору ногами, чтобы помучился! Немцы были — помню, тоже скот отбирали, так нам вместо забранного кабана мешок муки принесли. Ба-альшой! А наши, родненькие, обобрали нас как липку».

Решительно настроенной на войну с «Интеко» Татьяне Матвеевне Спесивцевой нынче пошел 79-й год...

Остановите Батурина!

«Вот, посмотрите, до чего вы довели людей! Даже старушки божьи одуванчики готовы поднять вас на вилы!» — показываю на следующий день фотографии вице-президенту «Интеко» Виктору Батурину. А он вдруг как захохочет: «Это же наш шифер!» И тыкает пальцем в забор, у которого мы фотографировались... За судьбу народа, который одной рукой вытирает слезы по поводу разграбленного свинарника, а другой с этого же свинарника тащит все, что плохо лежит, можно быть спокойным... Но Виктор Николаевич, заметим, веселится на эту тему в салоне частного самолёта, далеко и высоко от тех страстей, которые бушуют внизу. Пока он передвигается по миру в «Боингах» и джипах, за него можно не волноваться. Отдуваться приходится подчинённым. Одного из них — генерального директора компании «Интеко-агро» Валерия Гличиянца — мне едва не пришлось спасать. Представьте ситуацию: классический сельский сход, знакомый большинству из нас по произведениям Шолохова. Забитый до отказа людьми зал сельского клуба. Из общего недовольного рева выбиваются отдельные выкрики: «Ельцин — это паразит России! Савченко (губернатор Белгородской области. — Авт.) и Лужков — ставленники Ельцина!» Московскому мэру досталось из-за супруги: «держал» бы свою жену на кухне, и не полезла бы та скупать наши земли...

Сквозь толпу стремительно продвигается мужчина в белом костюме.

«Попался бы мне этот Батурин — подвесила бы его в гору ногами!» — обещает пенсионерка Спесивцева.

— Кто это? Кто это? — заворочал шеями зал.

— Я как раз тот, который все это безобразие сотворил! — оптимистично представился Гличиянц. Зал завизжал от негодования.

— Товарищи! Впервые вам предложено... — с энтузиазмом начал тот свою речь.

-...снять штаны! — затопали ногами крестьяне. — И почему это мы — товарищи, а вы — господа?

— Впервые к вам относятся как к рыночным партнёрам, — дружелюбно продолжал человек в белом. — Как таковой у вас земли нет, этот пай — виртуальный! Что я предлагаю: с завтрашнего дня здесь будет стоять автобус, который каждое утро станет возить желающих за 200 километров в Прохоровский и Ивнянский районы, чтобы показывать нашу технику.

— Вы нам туман в ботинки не заливайте! — решительно пресек его зал. — Не отдадим ни пяди родной земли. Как в войну. Даже если ничего не добьемся, так хоть сдохнем с гордо поднятой головой!

— Откуда вы вообще взялись? — заплакали некоторые женщины.

— В общем, так, — заключил глава волоконовской районной администрации Алексей Шенцев. — Губернатор и члены областного правительства вынесли решение заставить «Интеко» уйти с Волоконок! Батурин согласился восстановить все, что разрушил!

Бурные аплодисменты и крики «Ура!». Неподдельные ненависть и радость. Ожившие кадры из кинохроники конца тридцатых: «Кол-хоз! Восстановите колхоз!» Шепот в рядах: что ж они теперь — снова сараи будут строить и туда свиней завозить?

Ладно было на бумаге, да забыли про овраги

- Все имеет свою цену, — тихим голосом объясняет народу заместитель губернатора области Олег Полухин, прибывший на сход в качестве почётного гостя. — В данном случае будет приниматься во внимание расчет упущенной выгоды. Написано в договоре аренды: арендатор обязуется использовать землю по назначению для выращивания сельскохозяйственной продукции, повышать плодородие земель и так далее. Не выполняешь? Вот тебе цифры: сколько можно было бы посеять при тех семенах, которые были, и сколько получить при средней урожайности.

(«А чего он нашу прибыль-то считает?» — хохотнули по этому поводу в «Интеко».)

Его слушают в полной тишине, как радио во время войны:

— Мы рекомендуем вам не продавать им свои паи. Если бы любому из вас дать почитать программу Батурина и если бы это не касалось конкретно вас, вы бы сказали: прекрасно! Ладно было на бумаге, да забыли про овраги. Все наши доводы о том, что нельзя стартовать, не сделав людей своими сторонниками, разбивались об асфальтное понимание того, как должно развиваться сельское хозяйство. Батурин, не стесняясь, высказал на заседании областного правительства: «Компания наша строится на нескольких основополагающих принципах, один из которых — никакой жалости к людям, потому что все — пьяницы, лодыри и воры. Мы должны всех выгнать, расчистить площадку и только тогда создать новое суперсовременное производство.

— Ну прямо Ленин! — в ужасе выдохнул зал.

...Я по наивности все переживала за судьбу представителя «Интеко» Валерия Гличиянца: ну, думала, заклюют его люди, когда он будет выходить из зала, защиплют, как гуси! А вот и нет.

Очередь выстроилась около того Гличиянца из желающих продать свои паи. За три дня компания «Интеко» скупила в Волоконовском районе пять тысяч гектаров земли из девяти...

В выборе между властью и чертом народ выбирает последнего.[...]