Подсудимый Владимир Ганеев: "Я, может, и мечтал о своих виллах и особняках, да тюрьма помешала"

© "Известия", 29.03.2005

"Оборотни" не пожелали гласного суда

Лариса Каллиома

В четверг в СИЗО ФСБ "Лефортово" выездная сессия Московского окружного военного суда приступила к рассмотрению по существу самого громкого дела о коррупции в правоохранительных органах. На скамье подсудимых начальник Управления безопасности МЧС генерал-лейтенант Владимир Ганеев и шесть офицеров Московского уголовного розыска. Их обвиняют в создании преступного сообщества, вымогательстве и незаконном обороте оружия. Всего по семи статьям УК. Сразу после задержания 23 июня 2003 года тогдашний глава МВД Борис Грызлов назвал их "оборотнями в погонах". И хотя суд только начался, обвиняемых все так и называют — "оборотни". Процесс сразу же был объявлен закрытым, об этом ходатайствовали обе стороны — и гособвинения, и защиты.

В составе преступной группы, по версии прокуратуры, шестеро офицеров МУРа — замначальника 2-й оперативно-розыскной части (ОРЧ) Евгений Тараторин, замначальника 5-го отдела 2-й ОРЧ Юрий Самолкин и его подчинённые: Вадим Владимиров, Игорь Островский, Николай Демин и Александр Брещанов. Возглавлял же преступное сообщество, по версии обвинения, 51-летний генерал-лейтенант Владимир Ганеев. Он отвечал за личную безопасность Сергея Шойгу, руководил отрядом по охране специальных и гуманитарных грузов. Именно из-за него "дело оборотней" рассматривает Московский окружной военный суд. Все заседания будут проходить непосредственно в следственном изоляторе ФСБ "Лефортово" из-за подсудимого Брещаного. У него серьёзная травма позвоночника, на заседаниях он занимает диван.

— Процесс продлится не менее полугода, — рассказал "Известиям" в понедельник перед началом заседания адвокат Владимира Ганеева Владимир Левин, — нужно допросить всех свидетелей, а их в деле 97 человек. Помимо этого наверняка потребуется провести какие-нибудь судебные экспертизы.

Попасть в следственный изолятор "Лефортово" оказалось проще, чем в Кремль. Паспорт проверили всего один раз на входе в здание, сверили фамилию со списком допущенных Центром общественных связей ФСБ на процесс журналистов и запустили внутрь. В первом же помещении-тамбуре расстаемся с мобильными телефонами и проходим через рамку металлоискателя. [...]

На первое заседание вчера были вызваны двое потерпевших — Петросян и Фаустов. Оба они в разное время, как считают в Генпрокуратуре, стали жертвами преступных действий сотрудников МУРа. Обоим подбросили оружие и наркотики. При этом Петросяну обещали, что если он признается в причастности ко взрыву в подземном переходе на Пушкинской площади, то наркотики и пистолет, которые у него нашли, в деле фигурировать не будут.

Потом у Петросяна потребовали часть его бизнеса. На заседании в понедельник оба потерпевших подали гражданские иски в отношении подсудимых — по полтора миллиона рублей за моральный и материальный ущерб.

Затем во вчерашнем судебном заседании наступил кульминационный момент.

Друг за другом с одинаковыми ходатайствами выступили представители обвинения и защиты. Прокурор Вера Пашковская и адвокат Юрия Самолкина Мария Рослова зачитали как будто под копирку написанные тексты. Суть их ходатайств сводилась к одному — процесс нужно объявить закрытым. В ходе заседаний будут звучать показания подсудимых, которые по несколько десятков лет отработали в органах внутренних дел и имели свою агентурную сеть (показания агентов есть в материалах дела). Помимо этого будут допрошены родственники и близкие люди подсудимых, за их безопасность серьёзно опасаются все семеро фигурантов "дела оборотней".

Ещё одним аргументом в пользу закрытия процесса стали телефонные разговоры подсудимых. В материалах дела есть десятки аудиокассет с записями телефонных разговоров муровцев и генерала МЧС. Только распечатка "прослушки" Ганеева занимает отдельный том дела, на котором стоит гриф "секретно", и с ним не знакомились даже адвокаты подсудимого. По закону телефонные переговоры могут быть озвучены в суде только с согласия лиц — участников этих переговоров. В понедельник все семеро подсудимых категорически возражали против этого. [...]

Подсудимый Владимир Ганеев: "Я, может, и мечтал о своих виллах и особняках, да тюрьма помешала"

- Я официально заявляю: мне известно, что всех крупных государственных чиновников и депутатов прослушивает ФСБ, — заявил "Известиям" Владимир Ганеев. — Без всяких на то санкций суда, прикрываясь своими ведомственными инструкциями и законом "Об оперативно-розыскной деятельности". Лично меня "писали" четыре года. Когда выйду отсюда, расскажу, кто и зачем это делал.

Дело моё и моей "банды" сфальсифицировано в Генпрокуратуре. Кроме Юрия Самолкина и Владимира Лысакова (который сейчас в бегах), я ни с кем из сидящих здесь муровцев знаком не был. Мы с ними впервые встретились в суде.

Как и с потерпевшими — Фаустовым и Петросяном и другими. Из всех потерпевших мне знаком только Решетников. Я ему денег взаймы давал. Он у многих людей брал взаймы, в общей сложности почти 20 миллионов долларов (согласно материалам дела, Ганеев требовал у Решетникова $700 тысяч. — "Известия"). Просто я очень активный человек, стал требовать свой долг с него, а он побежал в прокуратуру заявление писать о вымогательстве.

Я тут в "Лефортово" много читаю, время есть, в том числе книги по православию. Так вот, утверждение "надо все прощать" — это справедливо, а "подставь левую щеку, когда тебя ударили по правой" — извините, такого мне не приходилось в жизни видеть. За последние месяцы меня столько раз "ударили", столько всякой чуши написали в газетах. Я обязательно буду судиться с Хинштейном и "МК". Ложная информация про меня была предоставлена журналистам следователями Генпрокуратуры. Про то, что у меня якобы вилла есть в Испании, а в соседях Бандерас и Шон Коннери. Про шикарный особняк в Подмосковье. Так вот, в Испании несколько комнат в многоквартирном доме было куплено моей женой, а дом десять лет назад тесть построил. Это все не моё. Я, может, и мечтал о своих виллах и особняках, да тюрьма помешала.

Александр Игорев

Версия следствия, или как заработать несколько миллионов долларов

[...] Напомним, что дело в отношении Владимира Ганеева и нескольких старших офицеров МУРа (трое из них до сих пор находятся в розыске) было возбуждено летом 2003 года. Оно стало результатом оперативной разработки, которую с 2000 года вело ГУСБ МВД (позже подключилась ФСБ, которое, как выяснилось, вело наблюдение за Владимиром Ганеевым). По версии следствия, деятельность ОПС развивалась по двум направлениям: служебному и ‘экономическому’. С одной стороны, считает обвинение, для успешной служебной карьеры оперативники МУРа фальсифицировали уголовные дела, подбрасывая оружие, пластит, гранаты и патроны. В этих случаях ‘преступниками’ обычно становились бомжи, алкоголики, случайные знакомые агентов муровцев и т.п.

Второе направление деятельности ‘бригады’, по версии следствия, — вымогательство денег у коммерсантов. Некоторые бизнесмены соглашались платить или оформляли на родственников сыщиков часть бизнеса. Несогласным подбрасывали оружие и сажали за решетку.

О доходах обвиняемых, по мнению следствия, могут свидетельствовать несколько фактов. При задержании из сейфа Владимира Ганеева изъяли 50 тыс. долларов, а из арендуемых муровцами банковских ячеек — около 3 млн. долларов. Кроме того, по данным правоохранительных органов, фигуранты дела приобретали дорогую недвижимость в России и за рубежом. В частности, офицеры построили себе коттеджный комплекс в Подмосковье стоимостью более 3,5 млн. долларов — с бассейнами, теннисным кортом и собачьим питомником.

Сейчас по делу потерпевшими проходят семь человек. Судя по материалам уголовного дела, все они пострадали от обвиняемых при схожих обстоятельствах. Вот два примера. В обвинительном заключении говорится, что 18-19 февраля 1999 года члены группировки подбросили оружие предпринимателю Якупову, который отказался уступить им часть своего бизнеса. В результате Якупов получил четыре года лишения свободы. В августе того же года на такой же срок попал за решетку предприниматель Фаустов. Ему, как считает следствие, подбросили не только ‘ствол’, но и наркотики. Если факты фальсификации дел подтвердятся в суде, то осужденные предприниматели могут требовать своей реабилитации.

© "Русский Newsweek", 28.03.2004

Это не моё

[...] Шанс быть обвиненным в хранении наркотиков, оружия и боеприпасов пока есть у каждого законопослушного гражданина.

Не дай себе подбросить

Не спешите открывать милиции: сотрудники правоохранительных органов имеют право войти в вашу квартиру или дом, только предъявив постановление судьи о производстве обыска и в присутствии не менее чем двух понятых.

1. Согласно УПК, следователь, оперативные работники, понятые, производящие обыск, должны всё время находиться в одном составе, вместе перемещаться из комнаты в комнату. Не давайте никому из них уединяться.

2. Если вы заметили какие-то нарушения, обратите на них внимание понятых и собственноручно впишите свои замечания по этому поводу в протокол.

3. Если вам всё-таки подбросят улику, немедленно жалуйтесь прокурору и в территориальный районный суд на противоправные действия сотрудников правоохранительных органов. Именно поэтому очень важно, чтобы все эти действия были зафиксированы в протоколе.