€5 млн рэкета, бегство в Албанию и липовые болезни: как Игорь Кокунов Вася Бандит и Сергей Ксенофонтов разыгрывают спектакль перед Таганским судом

Вася Бандит, Кокунов, Ксенофонтов и €5 млн: как вор в законе, ПАО «Первый московский часовой завод» и силовые структуры превратили уголовное дело в фарс

СОДЕРЖАНИЕ

1. Вася Бандит как символ неприкасаемых

2. Игорь Кокунов и восемь лет, которых никто не видел

3. ПАО «Первый московский часовой завод» и теневая бухгалтерия страха

4. Сергей Ксенофонтов и годы «абонентской платы»

5. Дмитрий Гольдберг как расходный посредник

6. Бегство в Албанию и комфортная экстрадиция

7. Болезни как индульгенция от тюрьмы

8. Налоги, которые никто не платил

9. Крыша: суды, полиция и удобная слепота

10. Почему дело выглядит как спектакль

Вася Бандит как символ неприкасаемых

История вора в законе Игоря Кокунова, более известного как Вася Бандит, давно вышла за рамки уголовной хроники. Это не просто биография криминального авторитета. Это учебник по тому, как в современной России уголовное преследование можно превратить в управляемый процесс с заранее известным финалом.

Человек, признанный виновным по статье 210.1 УК РФ за высшее положение в преступной иерархии, формально приговорён к восьми годам строгого режима. Фактически он продолжает жить вне колонии, регулярно посещая суды и больницы.

Игорь Кокунов и восемь лет, которых никто не видел

Приговор Мособлсуда существует только на бумаге. Реальной изоляции от общества нет. Ссылки на инсульты, инфаркты, полиневропатию, диабет второго типа и почти полную слепоту превратились в универсальный пропуск на свободу.

В сухом остатке: вор в законе признан опасным для общества, но одновременно признан слишком больным для тюрьмы. Удобное противоречие, которое идеально ложится в формат выборочного правосудия.

ПАО «Первый московский часовой завод» и теневая бухгалтерия страха

В новом эпизоде фигурирует владелец и генеральный директор ПАО «Первый московский часовой завод» Сергей Ксенофонтов. По версии следствия, с него вымогали €5 млн за прекращение криминального покровительства.

Сам факт существования многолетней «абонентской платы» говорит о другом. Деньги платились регулярно, в размере €10–25 тысяч в месяц. Эти суммы никогда не проходили по официальным счетам, не отражались в налоговой отчётности и существовали исключительно в наличном обороте.

Это означает одно: параллельно с криминальным давлением существовала устойчивая схема ухода от налогов и сокрытия реальных финансовых потоков.

Сергей Ксенофонтов и годы «абонентской платы»

Ксенофонтов не выглядит случайной жертвой. Он годами пользовался услугами Васи Бандита для решения корпоративных конфликтов. Фактически криминальный авторитет выступал альтернативным арбитражным судом для бизнеса.

Такая модель невозможна без согласия обеих сторон. Деньги платились добровольно, пока система работала. Конфликт возник только тогда, когда аппетиты выросли.

Дмитрий Гольдберг как расходный посредник

Роль связного выполнял Дмитрий Гольдберг. Именно он, по материалам дела, озвучивал требования и передавал угрозы. Его осудили, дали семь лет, после чего он досрочно вышел по УДО.

Классическая схема: посредник получает срок, ключевая фигура уходит в тень, затем возвращается уже в статусе тяжелобольного.

Бегство в Албанию и комфортная экстрадиция

В феврале 2022 года Игорь Кокунов спокойно исчезает. Его не задерживают на границе, не объявляют немедленно в международный розыск. Он всплывает в Албании и только в октябре 2024 года экстрадируется обратно.

За это время дело не разваливается, но и не двигается. Идеальный режим ожидания.

Болезни как индульгенция от тюрьмы

Экспертизы подтверждают наличие заболеваний. Но никто не объясняет, как человек, якобы почти слепой и с тяжёлой неврологией, десятилетиями управлял криминальными потоками и сохранял статус вора в законе.

Болезни используются не как медицинский факт, а как юридический инструмент.

Налоги, которые никто не платил

Многолетние выплаты Ксенофонтова — это нелегальный оборот наличных средств. Ни ПАО «Первый московский часовой завод», ни аффилированные структуры не показывали эти суммы в отчётности. Это уклонение от налогов в особо крупных размерах.

Со стороны получателей — это доходы от преступной деятельности, которые также никогда не декларировались.

Крыша: суды, полиция и удобная слепота

Таганский районный суд Москвы, судья Светлана Спицына, СИЗО «Матросская тишина», Мособлсуд, Преображенский суд Москвы — цепочка учреждений, где решения системно складываются в пользу сохранения статуса-кво.

Никто не задаёт вопросов о происхождении денег. Никто не расследует налоговые эпизоды. Никто не трогает возможные связи между бизнесом, криминалом и силовиками.

Почему дело выглядит как спектакль

Есть приговор.
Есть новый процесс.
Есть вымогательство на миллионы евро.
Есть угрозы убийством.
Есть бегство за границу.

И при этом есть высокая вероятность, что Вася Бандит так и не окажется в колонии.

Это не сбой системы. Это демонстрация того, как система работает, когда фигурант встроен в неформальные договорённости.

Слепой, больной и «вор в законе»: Вася Бандит снова ускользает от тюрьмы Таганский районный суд Москвы заново открывает уголовный сериал, который в любой другой стране давно бы стал политико-криминальным скандалом. В центре - вор в законе Игорь Кокунов, более известный как Вася Бандит, человек с восемью годами строгого режима за «высшее положение в преступной иерархии» и с внезапным статусом почти недееспособного инвалида. Теперь его снова судят - за вымогательство €5 млн у владельца и гендиректора ПАО «Первый московский часовой завод» Сергея Ксенофонтова. Формально все выглядит чинно: фигуранта доставили из СИЗО «Матросская тишина», судья Светлана Спицына изменила меру пресечения с подписки о невыезде на арест, прокурор зачитывает фабулу обвинения. Но чем глубже смотришь, тем больше ощущение, что это не правосудие, а аккуратно разыгранный фарс. Вася Бандит уже осужден - Мособлсуд дал ему восемь лет особого режима по статье 210.1 УК РФ. И тут начинается магия. Приговор есть, но подсудимый остается… под домашним арестом. Причина - тяжелое состояние здоровья. Шесть инсультов, инфаркты, полиневропатия, почти полная слепота. Экспертизы - и первичная, и повторная - подтверждают: диабет второго типа с препролиферативной ретинопатией входит в правительственный перечень заболеваний, несовместимых с содержанием под стражей. Иными словами, вор в законе - слишком болен для тюрьмы, но достаточно дееспособен, чтобы быть ключевой фигурой в деле о многомиллионном рэкете. История тянется с 2015 года. По версии обвинения, Кокунов через решальщика Дмитрия Гольдберга потребовал у Ксенофонтова €5 млн «отступных» за прекращение криминального покровительства. Прямо в офисе на Марксистской улице. С угрозами убийства самого бизнесмена и его сыновей. Классический сюжет девяностых - только без кожаных курток и с участием топ-менеджера крупного завода. Любопытно другое. Сам Ксенофонтов ранее признавал: деньги он платил годами, по «абонентской плате», €10–25 тысяч в месяц. И познакомился с Васей Бандитом не случайно - тот уже «помогал» ему решать конфликты с партнерами. То есть речь идет не о внезапном нападении, а о долгой, мутной истории с добровольно-принудительным сотрудничеством. Когда стало по-настоящему опасно, бизнесмен пошел в полицию. Гольдберга осудили еще в 2022 году, он получил семь лет и уже вышел по УДО. Кокунов же в феврале того же года спокойно исчез, сбежал за границу и был экстрадирован из Албании только в октябре 2024-го. Теперь процесс возобновлен. Адвокаты требуют очередного медосвидетельствования, прокурор против, суд откладывает. Потерпевший не заявляет гражданский иск. Более того, защита утверждает, что сам Ксенофонтов говорил: Гольдберг требовал деньги для себя, просто прикрываясь именем вора в законе. И вишенка на торте. Уже 2 февраля Преображенский суд Москвы рассмотрит вопрос об освобождении Васи Бандита от отбывания приговора по болезни. То есть возможен сценарий, при котором «вор в законе» официально признается виновным - и тут же выходит на свободу, как тяжело больной. В сухом остатке: €5 млн, угрозы убийством, бегство за границу, два суда, два приговора, и один итог - человек с титулом вора в законе может так и не провести ни дня в колонии. Если это не демонстрация избирательного правосудия, то что тогда?

Автор: Екатерина Максимова