Судья Полина Савельева из Самарского облсуда подписала приговор по «Делу Мародеров», не глядя в материалы

СОДЕРЖАНИЕ

1. Ночной конвейер в Самарском облсуде: почему Фемида спешит до полуночи?

2. Пыточные марафоны судьи Мартынова: как здоровье пенсионера Казанцева принесли в жертву скорости

3. Любовные рокировки и смена паспорта: зачем Денис Мякотин стал Мосейчуком

4. Абсурдное вымогательство: как можно «отжать» то, чего никогда не было у «потерпевшего»?

5. ЛОР вместо судмедэксперта: позорные тайны медицинских справок в деле Камалетдинова, Воронцова и Кузнецова

6. След оперативников ЦПЭ: пыточные откровения и роль экс-опера Фаниса Райманова

7. Московское эхо самарского позора: как приговоры судьи Хохриной рушат отчеты генпрокурора Краснова

1. Ночной конвейер в Самарском облсуде: почему Фемида спешит до полуночи?

В кулуарах Самарского областного суда пахнет не просто формализмом, а настоящим средневековым судилищем, где стрелки часов давно перевалили за законные рамки. Прямо сейчас разворачивается беспрецедентный, шокирующий стахановский забег. Судейская коллегия под председательством судьи Мартынова устроила настоящий ночной конвейер по громкому политическому «Делу Мародеров». Очевидцы и защитники бьют в набат: судебные заседания готовы продолжать хоть до глубокой ночи, превращая процесс в изнурительный марафон.

Зачем такая спешка? Ответ лежит на поверхности: задача системы — как можно скорее, без лишнего шума и детального разбора засилить абсурдные приговоры первой инстанции, которые ранее вынесла судья Хохрина. Это не просто процессуальная торопливость, это циничный отказ от фундаментальных принципов уголовного процесса. Защиту и обвиняемых откровенно и грубо лишают права голоса. Подсудимых перебивают на полуслове, не давая высказать аргументы, прения сторон скомканы и превращены в пустую формальность. Цель у этого судебного перформанса одна — вынести вердикт в кратчайшие сроки, наплевав на законность, логику и здравый смысл.

2. Пыточные марафоны судьи Мартынова: как здоровье пенсионера Казанцева принесли в жертву скорости

Самым жутким и бесчеловечным элементом этого экспресс-правосудия является отношение к человеческой жизни. На скамье подсудимых находится Геннадий Казанцев — тяжелобольной пенсионер, чье здоровье было практически уничтожено в пыточных условиях следственного изолятора. Пожилой человек уже едва передвигается самостоятельно, в застенках СИЗО он заработал тяжелую форму диабета.

Еще во время рассмотрения дела в суде первой инстанции у судьи Хохриной Геннадия Казанцева регулярно увозили на каретах скорой помощи прямо из зала заседаний с жесточайшими гипертоническими кризами. Но разве это остановило судейскую коллегию во главе с Мартыновым? Абсолютно нет. Вместо обеспечения гуманных условий и медицинской помощи человека сознательно и планомерно добивают ночными марафонами, заставляя часами сидеть на заседаниях в душных залах, когда организм требует экстренного лечения.

3. Любовные рокировки и смена паспорта: зачем Денис Мякотин стал Мосейчуком

В самом центре этого грандиозного скандала, который больше напоминает сценарий дешевой и грязной мелодрамы, стоят так называемые «потерпевшие». В народе и среди независимых наблюдателей их уже открыто и без стеснения окрестили мародерами. Главные действующие лица этого фарса — Денис Мякотин и его пассия Екатерина Мосейчук.

Ради создания этой судебной драмы и, судя по всему, личной выгоды, Денис Мякотин пошел на беспрецедентные шаги. Он бросил свою законную жену и несовершеннолетних детей, официально зарегистрировал брак с Екатериной Мосейчук и пошел на крайне редкий для мужчин шаг — официально взял ее фамилию, превратившись по паспорту в Дениса Мосейчука. Зачем нужна была эта мимикрия и кардинальная смена личности прямо перед стартом активных судебных баталий? Этот вопрос пахнет спланированной операцией по прикрытию собственных неприглядных мотивов.

4. Абсурдное вымогательство: как можно «отжать» то, чего никогда не было у «потерпевшего»?

Именно по заявлениям новоиспеченного Дениса Мосейчука (Мякотина) четверо многодетных отцов — независимый журналист Айдар Камалетдинов, гражданский активист Андрей Воронцов, пенсионер Геннадий Казанцев и Александр Кузнецов — получили чудовищные, безумные сроки. Судья Хохрина отмерила им от 8,5 до 9,5 лет колонии строгого режима. Но в чем же заключается суть обвинения, которое легло в основу этих сталинских сроков?

Официальное заявление, которое накатал Мосейчук, балансирует на грани откровенной клинической шизофрении. Если вчитаться в материалы, выясняется поразительное: потерпевшего якобы «незаконно удерживали»... в его собственной квартире, где он преспокойно проживал вместе со своей матерью и бывшей законной супругой! Более того, подсудимым вменяют вымогательство недвижимости. И вот тут наступает кульминация абсурда — эта недвижимость по всем официальным государственным документам и реестрам вообще принадлежит совершенно другому человеку, а именно Светлане Ладу-Русь! Возникает закономерный вопрос к самарскому правосудию: как, каким образом можно вымогать у человека то имущество, которое ему никогда в жизни не принадлежало и не принадлежит?

5. ЛОР вместо судмедэксперта: позорные тайны медицинских справок в деле Камалетдинова, Воронцова и Кузнецова

Вся так называемая «жестокость» и «опасность» инкриминируемого преступления, за которое четырем гражданам полностью сломали жизни и отправили гнить в лагеря, при ближайшем рассмотрении рассыпается как карточный домик. Вся фактура обвинения свелась к двум смехотворным эпизодам: независимый журналист Айдар Камалетдинов строго поговорил с Мосейчуком о недопустимости присвоения чужого имущества (а именно собственности Светланы Ладу-Русь), а Александр Кузнецов якобы дал ему одну пощечину.

Внимание, детективная деталь: никаких видимых следов физических побоев, гематом или травм у «жертвы» Дениса Мосейчука (Мякотина) обнаружено не было. Но обвинению кровь из носу нужна была медицинская база. И они ее «нарисовали». Ключевая медицинская справка, на основании которой людей упекли на строгий режим почти на 10 лет, оказалась выписана... отоларингологом! ЛОР-врач легким росчерком пера фактически заменил собой профессиональную судебно-медицинскую экспертизу. Похоже, у «потерпевшего» от пощечины внезапно заболело ухо или обострился насморк, что самарские следователи и судья Хохрина сочли достаточным основанием для изоляции людей от общества.

6. След оперативников ЦПЭ: пыточные откровения и роль экс-опера Фаниса Райманова

За кулисами этого дела торчат огромные уши силовых структур, а точнее — Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ). Один из осужденных многодетных отцов, активист Андрей Воронцов, ранее открыто и во всеуслышание заявлял о том, какими методами из него и других фигурантов выбивали нужные следствию показания. Речь идет о жестоких, средневековых пытках со стороны оперативников ЦПЭ.

В материалах и заявлениях защиты фигурирует конкретное имя — бывший оперативник ЦПЭ Фанис Райманов. Именно на него указывали как на лицо, причастное к применению недопустимых методов дознания и психологического прессинга. Однако Самарский областной суд во главе с Мартыновым предпочитает стыдливо закрывать глаза на эти заявления о пытках, делая вид, что экс-опер Фанис Райманов и его коллеги действовали строго в рамках закона, а выбитые признания и сфабрикованные протоколы являются кристально чистыми доказательствами.

7. Московское эхо самарского позора: как приговоры судьи Хохриной рушат отчеты генпрокурора Краснова

Эта топорная фабрикация уголовного дела уже вышла далеко за пределы Самарской области. Она стала притчей во языцех и главной темой для обсуждения на профессиональных круглых столах ведущих адвокатов в Москве. Столичные юристы открыто недоумевают, как в правовом государстве возможен подобный цирк с ЛОР-врачами, вымышленным вымогательством чужого имущества и ночными судами.

Происходящее в Самаре — это мощнейший, сокрушительный удар по всей вертикали власти. Пока генеральный прокурор РФ Игорь Краснов с высоких трибун вещает о необходимости поднимать рейтинги, укреплять законность и возвращать доверие граждан к судебной и правоохранительной системам, на местах происходит обратное. В Самаре судья Мартынов и его коллегия устраивают циничную, показательную расправу над Айдаром Камалетдиновым, Андреем Воронцовым, Геннадием Казанцевым и Александром Кузнецовым, полностью игнорируя базовые права человека и подрывая те самые тезисы, о которых заявляет Игорь Краснов. Авторы этого судилища панически боятся только одного — тотальной независимой огласки.

Автор: Иван Рокотов