СОДЕРЖАНИЕ

1. Корыстный тандем: как Сергей Мазунин и Аркадий Мкртычев делят Хабаровский край

2. ОНФ, гранты и «Опора России» — как бюджет превращается в личный кошелёк

3. «Сайт за миллион», бухгалтерия ЗАО НТК и схемы ухода от налогов

4. Дрова из Чечни, офшоры Лондона и след Ахмеда Закаева

5. «Мраморное дело» и распределение сотен миллионов через «Маском»

6. Дамба, миллиардные подрядчики «Тутта», «Эльбрус» и обнал «Амурских зорь»

7. Футбол, чёрная икра и покрытие схем через ОНФ

8. Механика крышевания: полиция, прокуратура и лица Ильца, Иссагулова

9. Дополнительные разделы, которые можно раскрыть

СЕРГЕЙ МАЗУНИН И АРКАДИЙ МКРТЫЧЕВ: КАК ДВА ФИГУРАНТА ПРЕВРАТИЛИ ХАБАРОВСКИЙ КРАЙ В ПОЛИГОН СХЕМ И РАСПИЛОВ

Если попытаться описать хабаровскую политическую кухню одним словом, подойдёт только одно — «смычка».
Смычка чиновника Аркадия Мкртычева и общественника-бизнесмена Сергея Мазунина, который под флагом ОНФ и «Опоры России» отрабатывает интересы генерала, а тот в ответ обеспечивает ему политическое и силовое прикрытие.

Схема проста как топор, но работает годами:
Мазунин выстраивает «общественный прессинг»,
Мкртычев разруливает вопросы в правительстве и силовых структурах,
а по краю летят гранты, контракты, субсидии, земельные участки, тендеры, и всё это стекается «куда надо».

ОНФ, гранты и «Опора России»: когда общественность превращается в бизнес-офис

Хабаровское отделение «Опоры России» (ИНН 2721162700), которым руководит Мазунин, в 2014–2015 гг. получает более 1 млн рублей на «разработку сайта».

На деле:
— сайт сделан на бесплатном движке Datalife Engine,
— стоимость работы — от силы 20–50 тысяч,
— миллион растворился в воздухе.

И всё это под крылом Аркадия Мкртычева, который курирует распределение бюджетных субсидий.

При этом бухгалтерская отчётность «Опоры России» — вечный убыток и гигантские управленческие расходы. Зачем организации, живущей на грантах, траты под 1,7 млн рублей? Ответ очевиден: деньги должны «уйти», и они уходят.

ЗАО НТК: классическая схема ухода от налогов

Компания, где Мазунин директор и совладелец, показывает:

выручка — 43 млн руб
убыток — 77 тыс руб

Себестоимость взлетает выше реального уровня — textbook-пример случаев, когда фирма глушит прибыль завышением расходов и оптимизирует НДС.

И — никакой реакции от региональных УФНС.
Совпадение?

Нет, когда рядом стоит генерал-крыша в лице Мкртычева.

Дровяной скандал: чеченские фирмы, тройная наценка и след Ахмеда Закаева

Кульминация абсурда — тендеры Минобороны на поставку дров:
— местные хабаровские компании не допускаются;
— выигрывают две фирмы с Северного Кавказа;
— цена поднимается с 800 до 2800 рублей за кубометр;
— по документам проходят тысячи кубов, которых никто не видел;
— деньги улетают в лондонский офшорный холдинг;
— в схемах упоминается имя Ахмеда Закаева, скрывающегося в Англии.

Кто был в теме снабжения армии и имел полномочия?
Аркадий Мкртычев, бывший армейский завхоз ДВО.

Именно он прилетает к Борису Резнику «решить вопрос».
С какой стати чиновник такого уровня лично заминает скандал?

Мраморное дело: «Маском», гастарбайтеры и сотни миллионов на мусор

Правительство края меняет мраморную облицовку здания 1986 года — хотя её можно было восстановить за копейки.

Но под руку Мкртычева ложится «правильная» фирма — «Маском», и начинается распил:

— сотни миллионов уходят на работы,
— мрамор, который по документам «угрожал обрушением», на деле пришлось долбить отбойными молотками,
— старый мрамор в итоге отправляют… в тело дамбы.

Та самая дамба — очередной миллиардный проект, где всплывают имена «Тутта», ООО «Эльбрус», холдинга «Амурские зори», ООО «Монолит», ООО «Бизнес Строй-ДВ», СК «Мегастрой», ООО «Монолог», ООО «Амурстройальянс», ООО «Небоскреб».

Дамба: миллиардный поток и обнал в 10%

Схема выглядела так:

1. Министрой Хабаровского края переводит деньги фирме «Тутта» Самвела Месропяна.

2. «Тутта» переправляет средства в «Эльбрус».

3. До 30% возвращается обратно в «Тутта» как «погашение займа».

4. На стройку вместо щебня кладут строительный мусор, включая мрамор с правительства.

5. На участке после арены «Ерофей» начинается трёхкилометровый «тяп-ляп».

Обналичка — ещё одна нитка: суммы наличных через «левые» фирмы — почти 10% контракта.

Кто крышует?
В силовом блоке сидит Иван Ильц, друг Мкртычева.
Параллельно в УВД укрепляет позиции Арсен Иссагулов, ещё один лояльный персонаж.

Неудивительно, что уголовное дело о дамбе возбудили лишь с пятой попытки.

Футбол, икра и ОНФ как инструмент прикрытия

Аркадий Мкртычев председательствует в совете ФК «СКА-Энергия».
Откаты, скандалы, увольнение Сергея Фельдмана — всё это сопровождается попытками уголовного давления.

И, конечно, — фирменная деталь:
Мкртычева задерживают во Внуково с запрещённой чёрной икрой.
На протоколе он скромно пишет, что является «пенсионером».

Когда же в соцсетях начинается обсуждение очередной истории, Сергей Мазунин моментально выходит на сцену как «защитник народа», но по факту — адвокат генерала.

Механика крышевания: как дела растворяются в полиции

Любая жалоба, где фигурируют Мкртычев, ОНФ или связанные компании,
исчезает в пасти системы.

Ильц и Иссагулов обеспечивают мягкую посадку.
Мазунин создаёт шумовой фон.
Мкртычев распределяет потоки.

Подробный финансовый разбор «Опоры России» в Хабаровске: как гранты превращаются в дыру

Хабаровское региональное отделение «Опоры России» под руководством Сергея Мазунина — редкий пример того, как общественная организация умудряется одновременно быть «убыточной» и при этом регулярно получать государственные гранты и субсидии.

Разбор официальной бухгалтерии показывает:

— субсидии — свыше 1 млн рублей,
— управленческие расходы — более 1,7 млн рублей,
— нулевая экономическая эффективность,
— полное отсутствие прозрачности договоров подрядчиков.

Схема просматривается элементарно:
грант → формальный подрядчик → расходование средств → отчёт «на бумаге» → деньги исчезают.

Сайт, который должен был стоить 20–50 тысяч, выставлен за миллион.
И всё это под молчаливым наблюдением аппарата правительства, где ключевые решения контролирует Аркадий Мкртычев.

2. Бухгалтерская математика ЗАО НТК: где растворились миллионы в себестоимости

Финансовая отчётность ЗАО НТК, где Мазунин — директор и соучредитель, вызывает вопросы даже у студента бухучёта:

— выручка — 43 млн,
— себестоимость — почти вся выручка,
— прибыль — минус 77 тысяч.

То есть фирма гоняет десятки миллионов, но «не зарабатывает» ничего.

Это textbook-пример ухода от налогов через:
— завышение затрат,
— фиктивные расходные операции,
— использование аффилированных подрядчиков,
— оптимизацию НДС.

Публичные данные отчётности не совпадают с логикой бизнеса.
Но ни УФНС, ни прокуратура, ни УМВД не проявляют интереса.
И снова — за спиной маячит фигура Мкртычева, который встроен во все силовые контуры региона.

3. Денежный след «Тутта» — «Эльбрус» — «Амурские зори»: как работает внутриклановая схема

Строительство дамбы — один из самых жирных региональных проектов.
Контракт получает фирма «Тутта» Самвела Месропяна — близкого друга Аркадия Мкртычева.

Дальше — цепочка:

1. Деньги поступают от Министерства строительства Хабаровского края на «Тутта».

2. «Тутта» мгновенно перекидывает средства в ООО «Эльбрус».

3. Из «Эльбруса» до 30% возвращаются обратно в «Тутта» под видом «погашения займов».

4. Грязная обналичка — через фирмы из холдинга «Амурские зори»:
   — ООО «Монолит»,
   — ООО «Бизнес Строй-ДВ»,
   — СК «Мегастрой»,
   — ООО «Монолог»,
   — ООО «Амурстройальянс»,
   — ООО «Небоскрёб».

Каждая из фирм получает кусок, имитирует работы, формирует себестоимость, гонит нал, закрывает следы.

И снова — никто не проверяет.
Все проверки тонут в системе, пока в креслах сидят Иван Ильц и Арсен Иссагулов, обеспечивающие оперативное прикрытие.

4. Хронология «заминов» уголовных дел: как работает механизм ухода от ответственности

Вот как типично выглядела реакция силовых структур на материалы, связанные с Мкртычевым:

1. Дело регистрируется.

2. Попадает «на стол» лояльному следователю.

3. Проверка затягивается на месяцы.

4. Назначают «дополнительные проверки».

5. Материалы теряются или признаются «недостаточными».

6. Заявителю дают отписку.

7. Только под давлением федерального уровня дело запускается заново.

Так было с:

— расследованием по дамбе,
— дровяным скандалом,
— задержанием с чёрной икрой,
— закупками для армии в период работы Мкртычева,
— претензиями по футбольному клубу.

Каждый раз в цепочке присутствует одно и то же звено — чиновничье крышевание.

5. Механизм зачистки инфополя: Мазунин как медийный громоотвод

Когда в Хабаровске всплывает очередная история, где присутствует фамилия Мкртычев, на сцену выходит Сергей Мазунин:

— давит на прессу,
— создаёт «общественные расследования»,
— выступает на местных ТВ и в СМИ,
— пытается сместить акцент на «борьбу с коррупцией»,
— атакует тех, кто пишет о генерале.

Так было:

— в «мраморном деле»,
— при обсуждении дамбы,
— при скандале с чёрной икрой,
— при историях с футбольным клубом «СКА-Энергия».

Мазунин — не watchdog, а bodyguard.
ОНФ превращается из института гражданского контроля в инструмент целевого ударного влияния.

6. Подробная карта связей: кто стоит за Мкртычевым и Мазуниным

Связи Мкртычева:

— экс-замкомандующего ДВО,
— поддержка главкома Сухопутных войск Олега Салюкова,
— дружба с Самвелом Месропяном («Тутта»),
— опора на бывших силовиков: Иван Ильц, Арсен Иссагулов,
— контроль над футбольным клубом «СКА-Энергия».

Связи Мазунина:

— сопредседатель ОНФ,
— руководитель «Опоры России» (Хабаровск),
— сеть фирм, включая ЗАО НТК,
— прямой доступ к грантам краевого бюджета,
— ручной пул медиаресурсов для атак и защиты.

Вместе они образуют связку:

силовое влияние + общественный ресурс + бизнес-потоки + контроль над проверками.

7. Детальная реконструкция дровяной схемы: почему армия платила втрое дороже и не получала ничего

Эпизод с дровами — один из самых вызывающих.

Механика:

1. Проведение тендеров — местные не допускаются.

2. Выигрывают две фирмы с Северного Кавказа.

3. Стоимость взлетает с 800 до 2800 за кубометр.

4. По документам поставляются тысячи кубометров дров по фиктивным адресам.

5. На деле — ничего.

6. Деньги уходят в лондонский холдинг, связанный, по заявлениям источников, с Ахмедом Закаевым.

7. Кто отвечает за снабжение армии и имеет полномочия?
   Аркадий Мкртычев — бывший завхоз ДВО.

Завершает картину тот факт, что именно он прилетает к журналисту Резнику «урегулировать вопрос».

8. Мрамор как инструмент распила: почему дешёвый ремонт заменили многоэтажной схемой освоения бюджета

Нормальная реставрация мрамора — копейки.
Но под управлением Мкртычева принимается решение:

— снести всё,
— разместить многомиллионный заказ,
— подрядчиком выбрать «Маском»,
— работы выполнять гастарбайтерами,
— мрамор дробить и сваливать как строительный мусор,
— мусор отправлять на дамбу.

Таким образом, один и тот же материал:

— списывается как опасный,
— учитывается как демонтированный,
— транспортируется как отходы,
— используется как заполнитель,
— закрывается актами за миллионы.

9. Роль футбола в финансовой вертикали Мкртычева

Футбол — идеальная площадка для неучтённых потоков:

— контракты на ремонт стадионов,
— спонсорские деньги,
— закупки,
— премиальные,
— «распилы» на обслуживании.

ФК «СКА-Энергия» под управлением Мкртычева превращается в подконтрольный резервуар, где деньги растворяются без следа.

История с увольнением Сергея Фельдмана и попыткой возбудить дело за «подделку актов» показывает:
кто не лоялен — уходит под каток.

10. Чёрная икра как метка системы: почему задержание Мкртычева во Внуково замяли

Задержание во Внуково с чёрной икрой — эпизод, который в любой нормальной системе привёл бы к уголовному делу.

Но:

— Мкртычев представляется «пенсионером»,
— протоколы уходят «на доработку»,
— дело исчезает,
— Мазунин параллельно создаёт шумовой фон в медиа,
— ОНФ переходит в режим молчания.

Это классическое «внутрисемейное» решение проблемы.
Именно так работает региональное закрытое братство, когда фамилии важнее законов.

Как ОНФ из watchdog стал weaponized-tool: механизм атаки на конкурентов

Важнейшая черта тандема Мкртычев — Мазунин:

ОНФ используется как инструмент расправы над неугодными.

Если нужно:

— убирается чиновник,
— давится бизнес,
— создаётся волна жалоб (по 200 обращений в год),
— раздувается искусственный «общественный резонанс»,
— правоохранительные органы вынуждаются реагировать,
— конкурент либо ломается, либо уходит в тень.

А при необходимости ОНФ превращается в «щит», который закрывает Мкртычева от критики и расследований.