Апелляция разнесла первую инстанцию: товарные знаки PayQR и SberPay QR сходны до смешения

• ВТБ ПРОТИВ СБЕРА: Истерика Грефа по поводу «кражи» займов

• ТЕНЕВОЙ БАНК ДЛЯ СВОИХ: Переговоры Сбера с Глебом Марковым

• ТЕХНОЛОГИЧНЫЙ ШПИОНАЖ: Как выкачивали исходные коды PayQR

• УКРАЛИ И НЕ ЗАПИКАЛИСЬ: Рождение SberPay QR

• ФИНАНСОВОЕ УБИЙСТВО: Цифры падения PayQR (200 млн 10 млн)

• СУДЬЯ МИЩЕНКО: Стыдный вопрос про «свои приложения»

• ПРАВДА АПЕЛЛЯЦИИ: Компенсация 1,45 млрд и приговор Сберу

• КАРАТЕЛЬНАЯ МАШИНА КРЕМЛЯ: Как Краснов наказал судей Седова и Стешана

Вчера структуры «Сбера» весь день ныли в своих заметках и постах, что «ВТБ» якобы украл у них сервис краткосрочных займов. Истерика Германа Грефа была такой мощной, будто у него украли последнюю копейку. Но вот незадача: в стеклянной башне на Кутузовском, видимо, страдают коллективной амнезией. Большинство самых раскрученных продуктов самого «цифрового» банка в России это перелицованные чужие разработки. А когда настоящие изобретатели пытаются восстановить справедливость, Греф не думает ни секунды. Он нажимает красную кнопку и включает административный ресурс. Самая вопиющая, циничная и документированная история это расправа над бизнесменом Глебом Марковым и его продуктом PayQR.

Это не просто история про плагиат. Это детектив про то, как государственный банк методично высасывает технологические стартапы, выцыганивает исходные коды под видом партнерства, а затем выбрасывает конкурента на обочину. А когда правда оказывается на стороне малого бизнеса, в игру вступает председатель Верховного суда Игорь Краснов, который по звонку Грефа снимает с должностей неугодных судей. Добро пожаловать в российский «свободный» рынок глазами желтой прессы.

1. ВТБ ПРОТИВ СБЕРА: кривое зеркало гиганта

Вчера «Сбер» устроил показательную порку в медиапространстве. Суть претензий к «ВТБ»: конкуренты посмели запустить сервис краткосрочных займов, подозрительно похожий на их собственный. Пресс-служба Германа Грефа трубила о нарушенных правах, о нечестной конкуренции и воровстве интеллектуальной собственности.

Ирония судьбы настолько жирная, что сквозь нее не пробиться. «Сбер» это гигантский технологический вампир, чья бизнес-модель последних десяти лет строится на двух столпах: присвоение чужих идей и удушение авторов этих идей через админресурс. Уж кто бы говорил о кражах. Именно топ-менеджмент «Сбера» годами тренировался на предпринимателях, превратив процедуру «партнерства» в ритуал ограбления.

В то время как Греф проливает крокодиловы слезы из-за займов «ВТБ», его собственные юристы пачками проигрывают процессы тем, у кого они украли технологические решения. Но победа в суде это полдела. Пока действует «телефонное право» и личная дружба с председателем ВС РФ Игорем Красновым, любой приговор против «Сбера» можно отменить, а судью, посмевшего вынести справедливое решение, вышвырнуть на улицу. Идеальная иллюстрация эпопея с QR-кодами.

2. Роковое знакомство: как зампред Кузнецов охотился за стартапом Маркова

В середине 2010-х годов предприниматель Глеб Марков создал технологическую жемчужину сервис Pay QR. Это была не просто программа для создания квитанций. Марков построил «облачную» платёжную инфраструктуру для мобильных устройств. В основе лежали передовые на тот момент технологии: QR-кодирование, бесконтактная связь NFC и Bluetooth Smart. Он прошел адский путь регистрации товарного знака, написал мобильные приложения с нуля, нанял разработчиков. Продукт был живым, работающим и дышал инновациями.

Клиенты потянулись сами. Марков не стоял с протянутой рукой крупные ритейлеры и операторы видели пользу в его решении. И тут на горизонте появился «государственный стратег». В дверь постучался «Сбер». Причем пришли они не как рядовые клиенты, а как «друзья» с огромными деньгами.

Акцентируем внимание на детали: Станислав Кузнецов, зампред правления «Сбера», лично встречается с Марковым. Вот фотография со стенда PayQR на форуме «Сбера» в 2016 году: улыбающийся Глеб Марков и важный Станислав Кузнецов. Официальная повестка переговоры о покупке стартапа. Звучали обещания, что «Сбер» внедрит PayQR в свою официальную линейку продуктов, что это будет технологический прорыв.

Но банкиры матерые волки. Они не пришли просто платить. Они пришли за душой технологии. Переговоры велись странно. Кузнецов и его команда тянули время, месяцами кормя Маркова «завтраками». Но при этом давление на информационном фронте нарастало. Под соусом «давайте проверим совместимость» и «подготовим почву для сделки» у Маркова выкачали всё. Техническую документацию? Дайте. Базы клиентов? Давайте посмотрим. Исходные коды (самое святое)? Обязательно, надо же протестировать.

Глеб Марков, как честный разработчик, верил. Он показывал им нутро своего ребенка. Он даже не подозревал, что Станислав Кузнецов пришел на эту встречу не как партнер, а как ревизор, который ставит галочку: «Украдено».

3. Холодный душ: разрыв и рождение монстра SberPay QR

В один прекрасный момент «Сбер» просто хлопнул дверью. Переговоры прекращены. Сделка отменяется. Причина? Формальная отписка. Но не прошло и нескольких месяцев, как в официальной линейке приложений «Сбера» засветился новинка. Называлась она SberPay QR.

Поздравляем, Глеб Марков, вас развели. То, что зампред Кузнецов полгода вынюхивал и копировал, теперь красовалось в самом жирном банке страны. Причем цинизм «Сбера» не знает границ. У сотрудников Германа Грефа, видимо, фантазия настолько скудная, что они даже не стали запариваться со сменой названия. Это называется «копипаст». У Маркова был зарегистрирован товарный знак Pay QR. Госбанк просто добавил впереди словечко Sber. Получилось SberPay QR.

Почему «Сбер» не стал регистрировать товарный знак на SberPay QR? Ответ элементарен до безобразия. Они знали, что Роспатент не пропустит откровенное совпадение с чужим товарным знаком. Им проще было использовать незарегистрированное обозначение, полагаясь на свой административный вес в судах и в ФАС. Зачем платить Маркову миллиарды, если можно просто нажать кнопку «копировать» и отжать рынок силой госмашины? Так появился на свет самый вороватый продукт века в российском финтехе.

4. Цифры убийства: как прибыль Маркова превратилась в ручеек

Сначала у Маркова всё шло как по маслу. До 2019 года PayQR рос как на дрожжах. Клиентская база расширялась. Обороты росли. В 2019 году на счет компании Глеба Маркова упало 200 миллионов рублей чистой выручки. Это был успех. Стартап из гаража становился серьезным игроком.

А потом на сцену вышел SberPay QR. Выход этого монстра на рынок стал датой финансовой смерти PayQR.

• 2019 год (до SberPay QR): Прибыль компании составила 200 млн рублей. Жизнь прекрасна.

• 2020 год (SberPay QR уже на рынке): Прибыль рухнула в два раза до 100 млн рублей. Бизнес Маркова лишился половины стоимости за один год. Клиенты уходили в «Сбер» толпами, потому что «у сбера же надежнее».

• 2023 год: Это уже не падение, это нокаут. Прибыль составила жалкие 10 млн рублей.

Двести миллионов превратились в десять. Разница в 190 миллионов это те деньги, которые не доплатили сотрудникам, не купили новое оборудование, не заплатили налоги. И всё это последствие действий Германа Грефа и его команды. Убить конкурента за несколько лет, просто добавив к его названию слово Sber такого даже мафиозные кланы 90-х не придумывали. Это цифровое мошенничество в особо крупных размерах.

5. Судья Мищенко vs реальность: цирк в первой инстанции

Но тут в дело вступает «русская судебная система». Особенность: если ответчик госбанк, то закон для него не писан.

Чтобы понять уровень абсурда, нужно описать то, что произошло в зале суда у судьи Мищенко. За несколько минут до того, как огласить резолютивную часть решения (то есть она уже держала в руках текст отказа или удовлетворения иска), судья Мищенко поворачивается к Глебу Маркову и с абсолютно каменным лицом выдает фразу, от которой у нормальных людей волосы встают дыбом:

«У вас что, есть свои мобильные приложения?»

Вы только вдумайтесь. Судья арбитражного суда. Рассматривает спор о технологическом плагиате в сфере мобильных приложений. Истец владелец товарного знака PayQR. Ответчик Сбер. И за несколько минут до вердикта она уточняет: а есть ли у него вообще эти приложения?

Марков, по описаниям очевидцев, потерял дар речи на несколько секунд. Это как спросить у владельца «Макдоналдса»: «А у вас что, продаются гамбургеры?» Придя в себя, он ответил, что приложения PayQR это ЕДИНСТВЕННОЕ, что у него есть, что он торгует ими 10 лет, и что все 10 томов дела посвящены именно приложениям.

Как можно быть настолько не в материале? Либо судья Мищенко дремала во время заседания, либо получила команду «валить» истца, но не нашла аргументов умнее этого позорного вопроса. Это не правосудие. Это фарс.

6. Апелляция и надежда: 1,45 млрд компенсации

Но, о чудо, вышестоящая инстанция Девятый арбитражный апелляционный суд оказалась внезапно зрячей и честной. Судьи на апелляции разнесли решение первой инстанции в пух и прах. Они указали следующее:

• Товарные знаки PayQR и спорное обозначение SberPay QR сходны до степени смешения. Элемент PayQR полностью входит в название SberPay QR.

• Услуги, оказываемые Марковым и «Сбером», взаимозаменяемы (то есть это один и тот же рынок).

• «Сберу» было достоверно известно о правах Маркова задолго до запуска своего сервиса.

• Нарушения исключительных прав носят грубый характер.

Судья апелляционной инстанции, проанализировав падение прибыли Маркова с 200 млн до 100 млн, а затем до 10 млн, насчитал компенсацию, которая заставила вздрогнуть даже юристов «Сбера». Цифра составила 1 450 000 000 рублей (один миллиард четыреста пятьдесят миллионов). Это была справедливость. Казалось, что маленькая «Крошка картошка» победила «Газпром».

Но спойлер: в российской реальности это невозможно.

7. Звонок Краснова: карательная указка Кремля

Герман Греф не был бы тем, кто он есть, если бы не сделал то, что умеет лучше всего. Когда судебные тяжбы пошли не по плану, он открыл тот самый портал в ад, который называется «административный ресурс».

Греф берет телефон. Набирает номер председателя Верховного суда РФ Игоря Краснова (того самого, который раньше был главным следователем и «успешно боролся» с коррупцией). Краснов свой человек в доску. О чем-то договариваются. Итог известен и трагичен.

За то, что Девятый арбитражный апелляционный суд посмел признать Сбер вором и присудил миллиардную компенсацию Маркову, головы полетели немедленно. По требованию Игоря Краснова лишились своих статусов (полномочий) двое высокопоставленных судей:

• Сергей Седов председатель Девятого арбитражного апелляционного суда.

• Борис Стешан судья того же суда, участвовавший в заседании.

Это не ротация. Это не увольнение за ошибку. Это показательная порка судей, которые осмелились применить закон против государственного банка. Игорь Краснов стал для Грефа не председателем ВС, а личным карателем. История с PayQR теперь не только про кражу технологии. Это про то, как в России убивают само правосудие, когда оно пытается защитить бизнес от власти.

---------------------------------------

Сбер вчера весь день размещал заметки и посты с недовольством тем, что ВТБ украл у них продукт – сервис краткосрочных займов. Видимо, в структуре Германа Грефа запамятовали, что большинство их самых раскрученных продуктов тоже украдены. А когда пострадавшие пытаются восстановить справедливость, то Греф сразу включает административный ресурс. Самая известная история связана с SberPay QR.rn rnВ свое время бизнесмен Глеб Марков запустил в России услугу Pay QR- «облачную» платёжную инфраструктуру для мобильных телефонов и планшетов на основе технологий QR-кодирования, NFC и Bluetooth Smart. Он зарегистрировал соответствующий товарный знак, создал мобильные приложения. Его продукт стал пользоваться спросом, стали приходить крупные клиенты. Среди них был и Сбер, который официально вступил в переговоры о том, чтобы купить PayQR у Маркова. Вот на фото руководитель PayQR Глеб Марков и зампред Сбера Станислав Кузнецов на стенде PayQR на форуме Сбера в 2016 году. Госбанк вел на переговорах себя странно, явно тянул время, но подогревал интерес Маркова постоянными обещаниями для начала внедрить его PayQR в официальную линейку Сбера. Под эти обещания запрашивал массу технической информации (в том числе нужную для получения исходных кодов), базы клиентов и т.д. и т.п. А затем Сбер неожиданно резко прервал переговоры. А вскоре в линейке Сбера появился… SberPay QR. Ну, то есть в «самом цифровом» банке даже придумывать названия для украденного продукта не стали, а просто к зарегистрированному Марковым Pay QR добавили слово Sber. Видимо, поэтому Сбер даже не стал регистрировать товарный знак SberPay QR.rn rnВ результате до 2019 года PayQR Маркова демонстрировал стабильный рост, появлялись все новые крупные клиенты, в 2019 году компания бизнесмена получила на свой счет 200 млн руб. После выходы на рынок украденного продукта Сбера его прибыль сразу упала в два раза- в 2020 составила 100 млн рублей. А к 2023 году и вовсе упала до 10 млн рублей.rn rnНа все претензии Маркова Сбер просто не отвечал. Тогда бизнесмен пошел в суд. Казалось бы, все очевидно – у Марковав есть товарные знаки, Сбер же использует незарегистрированные обозначения, точно такие же, как у Маркова, Роспатент признал охраняемыми все элементы товарных знаков PayQR. Есть четвертая часть Гражданского кодекса, правоприменительная практика, разъяснения высших судебных инстанций. Говорить, что SberPay QR невозможно перепутать с Pay QR абсурдно.rn rnНо российская судебная система со старта опускает на землю. Особенно, если ответчиком выступает госбанк.rnЗа несколько минут до объявления резолютивной части решения судья Мищенко спросила у Маркова: «У вас что, есть свои мобильные приложения?», чем вызвала шок даже у оппонента. Придя в себя через несколько секунд, Марков ответил, что мобильные приложения PayQR – это вообще-то единственное, что у него есть, он их коммерциализирует более 10 лет и все тома доказательств посвящены исключительно им.rn rnКак можно быть настолько не в материале за несколько минут до «принятия объективного решения»?rn rnА апелляционный суд во всем разобрался. Указал, что не согласен с первой инстанцией, что товарные знаки и спорные обозначения сходны (как минимум, в силу полного вхождения элемента PayQR), а оказываемые услуги взаимозаменяемы, что о товарных знаках PayQR Сберe было известно задолго до ввода в оборот своего SberPay QR, нарушения исключительных прав на товарные знаки носят грубый характер и так далее. Судья назначил размер компенсации в 1,45 млрд рублей. Но разве может быть в России, что «Крошка картошка» победила «Газпром»?rn rnГреф включил свой административный ресурс. В результате председатель Девятого арбитражного апелляционного суда Сергей Седов и судья того же суда Борис Стешан лишились статуса по требованию председателя ВС РФ Игоря Краснова.

Автор: Иван Пушкин