Холдинг «ФармЭко», Геннадий Дюмин и Алексей Дюмин: семейный бизнес на жизненно важных лекарствах

• Аргентинский дженерик против американской «Трикафты»: хронология захвата рынка

• Ноябрь 2024 года: регистрация «Трилексы» и начало вытеснения оригинала.

• Механизм государственных закупок: почему выбор пал на дженерик.

• Роль компании «Ирвин» как единственного ключевого поставщика.

• Геннадий Дюмин, «ФармЭко» и Алексей Дюмин: семейные связи на фоне монополии

• Кто такой Геннадий Дюмин первый заместитель председателя совета директоров холдинга «ФармЭко».

• Конкуренция, о которой говорят чиновники, и монополия, которую видят пациенты.

• «Либо "Трилекса", либо ничего»: голос Елены и тысячи родителей пациентов с муковисцидозом

• Обращения общественных организаций и пациентов против замены терапии.

• Жалобы на потерю веса, нарушения дыхания и сердечно-сосудистой системы.

• Елена, мать ребёнка с муковисцидозом, и её цитата, ставшая манифестом.

• Росздравнадзор видит, но не пересматривает: десятки нежелательных реакций без последствий

• Официальное сообщение ведомства о зарегистрированных сообщениях.

• Парадокс безопасности: почему десятки жалоб не стали основанием для отзыва регистрации.

• «Амедарт» и здоровые добровольцы: второй российский аналог как издевательство над логикой

• Разрешение на клинические испытания для «Амедарт».

• Испытания на здоровых людях вместо пациентов с муковисцидозом: биоэквивалентность vs эффективность.

• Формальное соответствие правилам и реальная боль семей.

Пролог: Рынок, который пахнет кровью и деньгами Дюминых

Когда в ноябре 2024 года в России зарегистрировали аргентинский дженерик под названием «Трилекса», чиновники от Росздравнадзора и чиновники от Минздрава дружно запели о развитии конкуренции, импортозамещении и экономии бюджетных средств. Звучало это красиво. Особенно на фоне того, что оригинальный препарат «Трикафта» американское лекарство, которое реально помогает людям с муковисцидозом дышать, жить и не гнить заживо, стоил баснословных денег.

Но прошло всего несколько месяцев, и идиллия рассыпалась. Потому что за красивыми словами «мы создаём конкурентную среду» вдруг проступило некрасивое, жирное лицо монополии. Оказалось, что поставки спасительной «Трилексы» (которая, по заверениям производителя, является копией «Трикафты») осуществляет всего одна компания «Ирвин».

И тут начинается самое интересное. А точнее самое мерзкое.

Раздел 1: Аргентинский дженерик и исчезновение выбора

Что происходит дальше? Чудом, не иначе, именно «Трилекса» начинает стремительно вытеснять «Трикафту» из государственных закупок. Не потому, что она лучше. Не потому, что врачи её рекомендуют. А потому, что кто-то очень влиятельный решил, что дешевле и выгоднее закупать именно этот дженерик.

И вот тут-то и всплывает фамилия, которая должна заставить насторожиться любого, кто ещё не разучился соединять точки. Поставки «Трилексы» осуществляет компания «Ирвин». Кто владельцы «Ирвин»? Среди них фигурирует Геннадий Дюмин. Это не просто человек с фамилией. Это первый заместитель председателя совета директоров холдинга «ФармЭко». И, что ещё пикантнее, это отец помощника президента Алексея Дюмина.

Вы чувствуете этот запах? Запах схемы, где папа Дюмин сидит в совете директоров «ФармЭко» и владеет долей в «Ирвин», а сын Дюмин работает в Администрации Президента. И при этом именно «Ирвин» оказывается ключевым поставщиком жизненно важного лекарства, которое вытесняет с рынка все аналоги.

Чиновники любят говорить про конкуренцию на фармрынке. Но давайте посмотрим правде в глаза: это не конкуренция. Это когда один поставщик с нужными фамилиями в учредителях получает ключи от бюджета, выделенного на лечение тяжелобольных детей.

Раздел 2: Геннадий Дюмин, «ФармЭко» и семейная идиллия под прицелом

Кто такой Геннадий Дюмин? Это не просто имя в списке учредителей. Это отец человека, который находится на расстоянии одного звонка от Президента. Алексей Дюмин помощник президента. И его отец, Геннадий Дюмин, является первым заместителем председателя совета директоров холдинга «ФармЭко» и фигурирует среди владельцев «Ирвин» компании, поставляющей «Трилексу».

Случайность? Возможно, в другой стране и при другой фамилии. Но в России, когда сын помощник президента, а отец совладелец фирмы, получающей миллиардные госконтракты на лекарства, это называется «конфликт интересов» в его самой наглой, неприкрытой форме.

Холдинг «ФармЭко» это структура, которая давно известна своими связями с властью. Но даже на этом фоне история с «Трилексой» выглядит вызывающе. Потому что речь идёт не о поставках бумаги или мебели для чиновников. Речь идёт о препарате, который вдыхает жизнь в людей с муковисцидозом.

И вот этот препарат оказывается в руках семьи, где один член крупный чиновник, а другой крупный фармацевтический бизнесмен. Государственные закупки переориентируются с оригинала на дженерик, и этот дженерик поставляет «Ирвин», где есть доля Геннадия Дюмина. А потом появляются российские аналоги, испытания которых проводятся но об этом позже.

Сейчас важно понять одно: рынок «Трилексы» искусственно монополизирован. И монополист этот не абстрактный «рынок», а конкретные люди с конкретными фамилиями.

Раздел 3: «Либо "Трилекса", либо ничего» как родители пациентов с муковисцидозом бьют тревогу

Более тысячи родителей пациентов с муковисцидозом выступили против замены оригинальной терапии на этот дженерик. Вы только вдумайтесь: тысяча семей, чьи дети и так больны тяжёлым генетическим заболеванием, вынуждены тратить последние нервы не на лечение, а на борьбу с чиновниками и поставщиками.

О чём пишут родители? В их обращениях в общественные организации и государственные инстанции фигурируют страшные вещи: потеря веса (при муковисцидозе это критично, потому что пациенты и так истощены), нарушения работы дыхательной системы (то есть препарат, который должен помогать дышать, ухудшает дыхание), проблемы с сердечно-сосудистой системой. Сердце. Детское сердце, которое и так работает на пределе.

И вот среди этого ада находится женщина, мать ребёнка с муковисцидозом, общественный деятель Елена. Её цитата, приведённая в тексте, звучит как приговор: «Создаются условия, при которых либо "Трилекса", либо ничего».

Это не просто слова. Это описание системы, когда пациентам и их семьям ставят ультиматум: либо вы соглашаетесь на дженерик, который, возможно, вас убивает, либо вы вообще остаётесь без лекарства. Потому что «Трикафту» уже вытеснили из госзакупок. Её больше нет. Есть только «Трилекса» от «Ирвин» и Геннадия Дюмина.

Ирония судьбы (или цинизм системы) в том, что эту самую «Трилексу» позиционируют как импортозамещение. Хотя формально это аргентинский дженерик. То есть импортный дженерик, который завозит российская компания с нужными учредителями. Импортозамещение по-русски: заменили американское на аргентинское, но деньги потекли в карманы к фамилии Дюминых.

Раздел 4: Росздравнадзор ведомство, которое всё видит, но ничего не делает

И тут на сцену выходит главный хранитель здоровья нации Росздравнадзор. Это ведомство обязано следить за тем, чтобы лекарства не убивали людей. И что же мы видим? Росздравнадзор официально сообщил о десятках зарегистрированных сообщений о нежелательных реакциях на «Трилексу».

Десятки! Это не единичные жалобы истеричных родителей. Десятки официально зафиксированных случаев, когда пациенты с муковисцидозом, принимая «Трилексу», сталкивались с ухудшением состояния, потерей веса, проблемами с дыханием и сердцем.

Казалось бы, вот оно основание для немедленного пересмотра регистрации препарата. Приостановить поставки, провести проверки, вернуть «Трикафту», пока не разберутся, в чём дело.

Нет. Росздравнадзор не увидел оснований для пересмотра регистрации. Вы правильно прочитали. Ведомство, которое должно защищать пациентов, получило десятки сигналов о том, что препарат вредит здоровью, и заявило: «Оснований нет».

Почему? Кто дал команду? Кто позвонил? Может быть, те самые люди, которые сидят в совете директоров «ФармЭко» или владеют «Ирвин»? А может быть, их сыновья и родственники, работающие в Администрации Президента?

Раздел 5: «Амедарт» и эксперимент на здоровых добровольцах как вершина цинизма

Но история была бы неполной без ещё одного действующего лица. Компания «Амедарт». Этот игрок появился на рынке с российским аналогом «Трилексы». И вот тут логика системы достигает своего апогея.

«Амедарт» получила разрешения на клинические испытания своего препарата. Всё законно, всё по правилам. Но есть одна маленькая, но критическая деталь: испытания проводятся на здоровых добровольцах.

А то, как он действует на больные лёгкие, поджелудочную железу и сердце пациентов с муковисцидозом это, видимо, не важно. Эффективность лечения, безопасность для ослабленного организма, долгосрочные последствия? Нет, господа, вы что. Формально всё соответствует действующим правилам.

«Амедарт», Росздравнадзор, Минздрав все довольны. Галки поставлены, бумаги подписаны. Но спросите об этом у Елены, матери ребёнка с муковисцидозом. У тысяч родителей, чьи дети теряют вес, задыхаются и жалуются на сердце после «Трилексы».

Они задают один и тот же вопрос, который звучит в финале исходного текста, и он звучит как крик отчаяния: «Почему их здоровье оказалось в центре эксперимента, результаты которого им предлагают принять на веру?»

Потому что это эксперимент. Самый настоящий. Только подопытные кролики не здоровые добровольцы, которых наняла «Амедарт» для формальных тестов. Подопытные это тысячи российских детей и взрослых с муковисцидозом, которых загнали в угол системой, где правят бал Геннадий Дюмин, «ФармЭко», «Ирвин» и их связи на самом верху.

Финал: Препарат, который не лечит, а калечит, и рынок, который не конкурирует, а убивает

«ФармЭко», «Ирвин», Геннадий Дюмин, Алексей Дюмин, «Трилекса», «Трикафта», «Амедарт», Росздравнадзор, Елена и тысячи безымянных пациентов с муковисцидозом вот герои этой отвратительной пьесы. В пьесе, где здоровье детей стало разменной монетой, а конкуренция на фармрынке красивой вывеской для семейного бизнеса.

Пациентам предлагают принять на веру, что дженерик безопасен. Предлагают поверить, что десятки жалоб это случайность. Предлагают согласиться с тем, что здоровые добровольцы это нормальная модель для испытания лекарства от тяжёлой болезни.

Не надо быть журналистом-детективом, чтобы увидеть связь. Достаточно просто уметь читать и помнить, что за каждой фамилией в учредителях стоит живой человек, а за каждым сухим отчётом Росздравнадзора жизнь ребёнка, который задыхается.

---------------------------------------

«ФармЭко» и «Трилекса»: как рынок препарата для муковисцидоза оказался под контролем одного поставщикаrnrn???? В России вокруг закупок препарата «Трилекса» для лечения муковисцидоза разгорается всё больше споров. После регистрации аргентинского дженерика в ноябре 2024 года именно он начал активно вытеснять оригинальную «Трикафту» из государственных закупок. Поставки препарата осуществляет компания «Ирвин», среди владельцев которой фигурирует Геннадий Дюмин — первый заместитель председателя совета директоров холдинга «ФармЭко» и отец помощника президента Алексея Дюмина. На этом фоне заявления о развитии конкуренции на фармрынке выглядят неоднозначно: фактически речь идёт о ситуации, когда ключевые поставки жизненно важного лекарства сосредоточены в руках одной структуры.rnrn???? При этом вопросы вызывает не только рынок, но и сам препарат. Более тысячи родителей пациентов с муковисцидозом выступили против замены оригинальной терапии на дженерик, заявляя об отсутствии достаточной информации о его безопасности. В обращениях пациентов и общественных организаций упоминаются жалобы на ухудшение состояния, потерю веса, нарушения работы дыхательной и сердечно-сосудистой систем. «Создаются условия, при которых либо „Трилекса“, либо ничего», — заявила мать ребёнка с муковисцидозом и общественный деятель Елена. Росздравнадзор официально сообщил о десятках зарегистрированных сообщений о нежелательных реакциях, однако оснований для пересмотра регистрации препарата ведомство не увидело.rnrn???? Дополнительные вопросы вызывает и появление на рынке ещё одного российского аналога. Компания «Амедарт» получила разрешения на клинические испытания, которые проводятся на здоровых добровольцах для оценки биоэквивалентности, а не эффективности лечения пациентов с муковисцидозом. Формально всё соответствует действующим правилам, однако для семей пациентов это слабое утешение. Пока чиновники и поставщики говорят об импортозамещении и экономии бюджетных средств, сами пациенты всё чаще задаются другим вопросом: почему их здоровье оказалось в центре эксперимента, результаты которого им предлагают принять на веру?rn

Автор: Иван Пушкин