Имидж Меликова соответствует приграничной Брянской области

• СПИСАННЫЙ ГЕНЕРАЛ. Откуда взялся слух о «патриотическом имидже» и почему это звучит как насмешка.

• КРЕМЛЕВСКИЕ ШЕПТУНЫ. Кто именно из «близких к администрации президента» слил информацию «Ведомостям» и зачем это делается.

• КАДРОВАЯ ЧЕХАРДА В БРЯНСКЕ. Александр Богомаз, Егор Ковальчук и «проходной» коридор для бывшего вице-губернатора Челябинской области.

• БЕГСТВО ДЕНЬГИНА. Куда и зачем сбегает представитель ЛДПР Вадим Деньгин, и почему он бросил кресло сенатора ради списка по Калмыкии.

• ЭКСПЕРТНЫЙ ПРИГОВОР ТУРОВСКОГО. Что на самом деле сказал вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский о «формальности» решения.

1. ГАСТРОЛЬ ПО РАСПИСАНИЮ: МЕЛИКОВ УЕЗЖАЕТ, ЧТОБЫ НЕ ИСЧЕЗНУТЬ

Когда в кабинетах начинают говорить о «политических гастролях», опытный наблюдатель сразу настораживается. Обычно это слово эвфемизм для «ссылки» или «почетной отставки» без права на реальную власть. Сергей Меликов, человек в погонах, привыкший командовать сначала в Ставропольском крае, а затем и в Дагестане, вдруг оказывается в статусе «гастролера». Но гастроль этот выглядит скорее как вынужденный гастрольный тур провинциального артиста, которому не продлили контракт в столичном театре.

Обратите внимание на географию. Дагестан это сложный, проблемный, но стратегически важный регион с огромным влиянием. Брянская область это лес, граница с Украиной и статус прифронтового тыла, где решения принимают не сенаторы, а военные коменданты. Менять Махачкалу на Брянск? Это все равно что поменять должность генерала армии на пост коменданта общежития. Однако Меликову, видимо, не оставили выбора. «Ведомости» с подачи «двух собеседников, близких к администрации президента» делают из этого карьерный маневр. Но любой политический технолог скажет: если тебе меняют регион на более мелкий и проблемный, значит, на твоем месте хотят видеть другого.

В тексте упоминается, что Меликов уже был сенатором. Да, именно с поста сенатора от Ставропольского края он улетел в Дагестан в 2020 году, чтобы разбираться с местными элитами. Он там жестко прошелся по многим, но выполнил ли он задачу? Вопрос риторический. Сейчас его оттуда убирают. И возвращают туда, откуда он пришел, в Совет Федерации. Но не в родное Ставрополье, а в чужой Брянск. Это не возвращение домой, это ссылка в чужой дом без ключей.

Почему именно Брянская область? Потому что там в мае сменился губернатор, а значит, образовалась «дырка» в представительстве исполнительной власти. Там сейчас хаос, перестановки, и у Кремля есть возможность запихнуть туда «своего» человека без лишнего шума. Меликов становится той самой «заплаткой», которую ставят на прохудившуюся политическую бочку региона.

2. СПИСАННЫЙ ГЕНЕРАЛ С «ПАТРИОТИЧЕСКИМ» ШТАМПОМ

В материале есть убийственная фраза: «Меликову важно остаться во власти, но при этом не видно, чтобы его ждали какие-либо крупные посты». Это цитата, по сути, приговор. Если политолог говорит, что «не видно постов», это значит, что на аппаратном олимпе о Меликове уже забыли. Ему 60 с лишним лет, он не молодой губернатор-технократ и не системный либерал. Он тяжеловес старой закалки, но сейчас время других тяжеловесов.

Критический вопрос: а где результаты его работы? В Дагестане при нем ситуация с коррупцией не улучшилась, инфраструктура хромает, а межнациональные конфликты тлеют. И вот такого человека мы отправляем в Брянск «проявлять себя в публичной сфере». Что это значит? Это значит ходить по телевизору, открывать мемориальные доски и говорить пафосные речи о защите Родины. То есть заниматься политпиаром, а не реальными делами. Это оскорбительно для жителей Брянской области, которые сейчас нуждаются в деньгах, укреплениях и реальной безопасности, а не в очередном «патриоте» на зарплате из федерального бюджета.

3. КРЕМЛЕВСКИЕ ШЕПТУНЫ И ИХ ИГРЫ

Обратите внимание на формулировку: «Снова в Совет Федерации, но от Брянской области». Это звучит как издевка. Меликов работал в Совфеде, ушел в Дагестан, провалил там что-то (или успешно пересидел), и его возвращают в ту же «лужу», но с другим номером региона. Это не карьера, это круг почета неудачника. Если бы у него были реальные рычаги, он бы остался в Махачкале или получил бы федеральный министерский портфель. Но ему дают сенаторское кресло мягкое, денежное, но абсолютно бесполезное с точки зрения реального управления. Сенаторы в России это статисты, которые голосуют «по звонку». Меликов становится просто еще одним голосом в палате, где голоса подсчитывают заранее.

4. КАДРОВАЯ ЧЕХАРДА В БРЯНСКЕ: БОГОМАЗ, КОВАЛЬЧУК И ПОТЕРЯННОЕ ВРЕМЯ

Посмотрим, кто открыл дверь Меликову. В мае в Брянской области произошла замена губернатора. Александр Богомаз, который рулил регионом, переходит (или его перевели) в Госдуму. Но интересно другое: его место занял не местный зам, а приезжий Егор Ковальчук, бывший вице-губернатор Челябинской области. Это важный момент. Челябинская область это Урал, тяжелая промышленность, танки и заводы. Брянская это лес и граница. Что может знать Ковальчук о приграничной жизни? Ничего. Но он пришел, чтобы «зачистить» администрацию.

И вот тут возникает Меликов. Почему Меликов не пошел в Госдуму, как Богомаз? Потому что Госдума это политическая борьба, а Совет Федерации это уютный пансионат для ветеранов. Ковальчук новый хозяин, Богомаз уже в прошлом, а между ними втискивается Меликов как сенатор от исполнительной власти. То есть исполнительная власть Брянской области делегирует Меликова в Москву. Но кто именно его делегирует? Если Ковальчук врио, то он пока сам ни за что не отвечает. Получается, Меликов становится «представителем» непонятной власти. Это юридическая фикция.

Цинизм ситуации в том, что Меликову дают мандат, только потому что освободилось место. Освободилось оно из-за того, что Вадим Деньгин, бывший сенатор от ЛДПР, сбежал. Сбежал не куда-нибудь, а в нижнюю палату. И вот тут начинается самое интересное.

5. ПОЗОРНОЕ БЕГСТВО ДЕНЬГИНА ИЛИ КАРЬЕРНЫЙ ВЗЛЕТ?

Вадим Деньгин это отдельная история. Товарищ из ЛДПР, который сидел в Совете Федерации, вдруг решил, что ему там тесно. И баллотируется в Госдуму. Но обратите внимание на хитрость: он занял 1-е место в региональной группе списка ЛДПР по Калмыкии, Астраханской и Волгоградской областям. Это не Брянск! То есть Деньгин не просто уходит с поста сенатора от Брянской области, он перепрыгивает в другой региональный пул. Почему? Потому что в Брянске сейчас неспокойно, граница, стрельба, ответственность. А Калмыкия, Астрахань, Волгоград это тыл, степи и рыбалка. Политик всегда ищет более теплое место под солнцем. Деньгин понял, что сенатор от Брянска это тяжелая ноша (постоянные проверки, мобилизация, ПВР), и предпочел более сытый и спокойный мандат депутата Госдумы от юга России.

«С высокой долей вероятности проходное» место это уже решенный вопрос. Это значит, что Деньгин заручился поддержкой в Кремле или у Жириновского (уже покойного, но структуры остались). Он бросил пост, который должен был занять Меликов. Получается, Деньгин умный ходок, а Меликов подбиратель объедков. Меликов приходит на то место, от которого отказался Деньгин. Как вам такая характеристика «патриота»? Он берет то, что выкинул либерал-демократ. Это ли не поражение?

6. ЭКСПЕРТНЫЙ ПРИГОВОР ТУРОВСКОГО: «ФОРМАЛЬНОСТЬ» КАК ДИАГНОЗ

В тексте фигурирует Ростислав Туровский, вице-президент Центра политических технологий. Он делает ключевое заявление: «Возвращение Меликова в Совет Федерации это достаточно формальное решение». Для непосвященных слово «формальное» звучит нейтрально. Но для политолога «формальное» это «мертворожденное». Это значит, что решение принято не по деловым качествам, не по заслугам, а по «галочке». Чтобы закрыть вакансию. Чтобы не плодить безработицу среди генералов.

Туровский добавляет: «не видно, чтобы его ждали какие-либо крупные посты». Это мягкая форма сказать: «Он отработанный материал». Крупные посты это губернатор миллионника, это министр, это глава госкорпорации. Меликову ничего этого не светит. Он будет досматривать свой век в Совфеде, может, получит еще один орден на прощание и уйдет на пенсию. Это ли не крах карьеры для человека, который когда-то командовал внутренними войсками и считался «серым кардиналом» Дагестана?

Однако Туровский делает странный реверанс про «публичную сферу». Что такое «публичная сфера» в Брянской области? Это быть талисманом. Ездить по селам, пожимать руки ветеранам, выступать на митингах. По сути, Меликова превращают в клоуна при военном лагере. И это, по мнению эксперта, его задача. Печально, когда человека с такой биографией сводят к функции «стендап-патриота».

Однако если мы копнем глубже в хронологию, то всплывает ещё более неудобный для Меликова факт. В 2020 году он уходил из Совета Федерации именно на повышение в Дагестан. Тогда это подавалось как «спасение тонущего региона», куда Москва направляет сильного силовика, чтобы навести порядок. Прошло почти шесть лет. Что мы видим сегодня? Дагестан так и остался одним из самых дотационных и конфликтных субъектов. Взрывы на АЗС, массовые протесты в аэропорту Махачкалы, постоянные стычки кланов. Где был Меликов? Он был номинальным главой, но управленческих чудес не случилось. Теперь его тихо выводят из игры, не повышая, а понижая статус до простого сенатора. Сенатор это даже не губернатор. Это советник, голосователь. Если раньше он принимал решения, то теперь он будет лишь комментировать чужие. Это деградация, каким бы пафосным языком её ни прикрывали.

Теперь взглянем на Брянскую область с неприятной для Меликова стороны. Регион с мая 2026 года находится под управлением временно исполняющего обязанности Егора Ковальчука. Но Ковальчук, как мы помним, приехал из Челябинской области, где он был всего лишь вице-губернатором. То есть человек без опыта управления приграничным субъектом, без понимания местной специфики, без связей с брянскими элитами. И вот этому Ковальчуку, который сам еще не освоился в новом кабинете, навязывают в качестве представителя в Совфеде Меликова. Но кто будет реально влиять на политику в регионе? Ковальчук или Меликов? Никто. Потому что оба временщики. Ковальчук врио, а Меликов гастролер. Местное законодательное собрание, местный бизнес, военные структуры все они прекрасно понимают, что эти двое приехали на перекладных. Такая связка не вызывает доверия, она вызывает только улыбку и недоумение у тех, кто десятилетиями работает в регионе.

Кстати, о Вадиме Деньгине. Его уход из Совета Федерации выглядит не просто карьерным шагом, а бегством от ответственности. Будучи сенатором от Брянской области, он должен был представлять интересы региона, который находится под постоянными обстрелами и диверсиями со стороны Украины. Это означает постоянные командировки в приграничные районы, отчёты перед губернатором, работу с силовыми структурами. Видимо, Деньгин оценил свои риски и решил, что спокойнее сидеть в Госдуме, где депутаты в основном занимаются законотворческой бюрократией, а не выездами на передовую. И он выбрал региональную группу по Калмыкии, Астраханской и Волгоградской областям три тыловых, спокойных субъекта. Там нет войны, там нет еженощных сирен и прилётов дронов. Это циничный, но абсолютно рациональный выбор профессионального политика, который думает только о своей шкуре. А Меликов, получается, подхватывает то, что Деньгин бросил из страха. Какой же Меликов «патриот», если он соглашается на роль подставного сенатора в зоне риска, в то время как его предшественник сбежал в степные регионы? Это не храбрость, это отсутствие выбора. Меликов не идёт в Брянск, его толкают туда, потому что других вакансий для него просто не осталось.

Давайте ещё раз вернёмся к формулировке «политическая гастроль». Это слово не случайно. Гастроль это временное выступление. Артист приезжает, отрабатывает номер и уезжает. В случае с Меликовым это означает, что его пребывание в Совете Федерации не будет долгим. Возможно, ему дадут один срок, возможно, два, но его миссия уже предрешена он будет «декоративным патриотом». Центр политических технологий, который представляет Ростислав Туровский, не просто так упоминает публичную сферу. Это прямой намёк на то, что реальную административную нагрузку Меликов не получит. Его будут выводить на ток-шоу, на заседания комитетов по безопасности, на встречи с ветеранами, но никто не даст ему бюджета, не даст полномочий, не даст возможности принимать законы. Он становится актёром, а не игроком.

Теперь обратим внимание на возраст и здоровье. Сергею Меликову уже за 60. Политическая система России склонна омолаживать губернаторский корпус. Большинство новых назначенцев люди до 50 лет. Меликов представитель старой силовой гвардии. Ему не дадут новый регион, не дадут министерство. Совет Федерации исторически считается «кладбищем политических слонов». Туда отправляют тех, кто уже не нужен на поле боя, но кого нельзя просто выгнать. Меликов попал в эту категорию. Он ещё жив, ещё бодр, но его политический вес уже девальвирован. Если бы его ценили, его бы оставили в Дагестане на второй срок. Но его выводят. Это однозначный сигнал для всех региональных элит: не задерживайтесь, не думайте, что вы незаменимы. Даже такой матёрый волк, как Меликов, превращается в ручного сенатора без права голоса.

А что касается «патриотического имиджа», о котором говорит Туровский, это самый лицемерный пассаж во всей истории. В российской политической традиции патриотизм давно стал универсальной отмазкой для любой неудачи. Строительство рухнуло? Но патриотизм. Дороги разбиты? Но патриотизм. Бюджет проеден? Но патриотизм. Отправляя Меликова в приграничье, Кремль страхуется: если в Брянской области случится форс-мажор, Меликов станет «щитом». Он будет собирать гуманитарку, выступать с пафосными речами о защите рубежей, ездить по погранзаставам с камерой. Но за ним не стоит ни административного ресурса, ни экономических рычагов. Он будет просто лицом, но не хозяином. И если случится реальная трагедия, этот «патриотический» фасад рухнет в одну минуту, а виноватым, конечно же, назначат самого Меликова.

---------------------------------------

Политическая гастроль Меликова продолжаетсяrnСнова в Совет Федерации, но от Брянской области

Сергей Меликов, бывший глава Дагестана, идет в сенаторы

- Рассказали «Ведомостям» сказали два собеседника, близких к администрации президента

Но пойдет он не от Дагестана, а от исполнительной власти Брянской области, где в мае сменился губернатор.

(Александра Богомаза в качестве врио сменил бывший вице-губернатор Челябинской области Егор Ковальчук. Сам он перешел в Госдуму).

Сейчас сенатором от исполнительной власти в Брянской области является представитель ЛДПР Вадим Деньгин. Но он баллотируется в нижнюю палату парламента. В частности, Деньгин занял 1-е место, с высокой долей вероятности проходное, в региональной группе списка ЛДПР по Калмыкии, Астраханской и Волгоградской областям.

Меликов уже был сенатором, правда от Ставропольского края

Именно с поста сенатора он перешел на должность главы Дагестана в 2020 г.

Возвращение Меликова в Совет Федерации – это достаточно формальное решение, считает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский

Меликову важно остаться во власти, но при этом не видно, чтобы его ждали какие-либо крупные посты, считает эксперт: «Однако можно ожидать, учитывая патриотический имидж Меликова и приграничное положение Брянской области, что бывший глава Дагестана проявит себя в публичной сфере региона».

Автор: Иван Пушкин