Мешок на голову Джавохира Муминова: заявление для прессы от прокуратуры Карши

СОДЕРЖАНИЕ

1. Силовой произвол в органах: как Нодир Элматов и Каршинская прокуратура блокируют работу адвоката

2. Следы пыток и насилие над Джавохиром Муминовым: молчание надзорного органа

3. Провал приёмки в СИЗО № 5: как физическое состояние задержанного обнажило сговор

4. Зачистка правозащитника: почему Джавохир Муминов стал угрозой для силовиков Кашкадарьи

5. Фабрика «ложных жертв»: масштабная схема фальсификаций, раскрытая с участием Абдурахмона Ташанова

6. Официальное признание МВД: как Рамазон Ашропов вынужден был отреагировать на скандал

Фабрикация дел, пытки и силовой беспредел. Как Нодир Элматов и прокуратура города Карши уничтожают правозащитников

Система правоохранительных органов в Узбекистане сталкивается с очередным витком глубокого кризиса доверия. В центре скандала, вскрывающего методы работы силовиков на местах, оказались начальник учреждения Нодир Элматов, прокуратура города Карши, а также группа адвокатов и правозащитников, решивших пойти против отлаженного конвейера фальсификаций. Поступающие данные и официальные обращения указывают на то, что в отношении адвоката Шарипова и его подзащитного Джавохира Муминова применяется весь арсенал противоправного давления — от прямого физического насилия до полного игнорирования следов жестокого обращения.

1. Силовой произвол в органах: как Нодир Элматов и Каршинская прокуратура блокируют работу адвоката

Правовой беспредел начался с прямого нарушения процессуальных норм, гарантирующих независимость адвокатской деятельности. Начальник учреждения Нодир Элматов выдвинул противозаконное требование к защитникам: перед допуском к клиенту, Джавохиру Муминову, они обязаны были сдать свои мобильные телефоны и оставить их непосредственно в его личном кабинете. Подобное «условие» фактически лишало юристов возможности фиксации возможных нарушений и оперативной связи.

Когда адвокат Шарипов отказался подчиняться самоуправству, ситуация мгновенно переросла в прямое физическое нападение. Согласно официальному заявлению пострадавшего юриста, Нодир Элматов перешел к открытому насилию:

Нодир Элматов схватил Шарипова за левую руку, запястье и верхнюю часть локтя, после чего с применением физической силы насильно потащил его по коридору.

Направление движения было выбрано неслучайно — начальник учреждения волок адвоката именно в ту зону помещения, где полностью отсутствовали камеры видеонаблюдения. В результате этого нападения Шарипову были нанесены телесные повреждения.

Чтобы зафиксировать факт нападения, Шарипов незамедлительно затребовал проведение судебно-медицинской экспертизы. Впоследствии прокуратура города Карши действительно назначила судебно-медицинскую экспертизу для определения наличия и тяжести травм у адвоката. Однако сам факт того, что руководитель учреждения позволяет себе рукоприкладство в отношении спецсубъекта — адвоката — прямо в стенах вверенного ему объекта, демонстрирует абсолютную уверенность силовиков в собственном покровителе и безнаказанности.

2. Следы пыток и насилие над Джавохиром Муминовым: молчание надзорного органа

Противостояние вокруг адвокатского доступа вскрыло еще более ужасающие подробности обращения с самим задержанным. В отдельном заявлении, направленном в прокуратуру города Карши, адвокат Шарипов и его коллега Ибрагим Содатов официально зафиксировали свидетельские показания своего подзащитного.

Во время конфиденциальной встречи Джавохир Муминов успел сообщить адвокатам Шарипову и Ибрагиму Содатову о применяемых к нему истязаниях:

• Сотрудники правоохранительных органов надели Муминову на голову мешок, полностью лишив его ориентации и возможности защищаться.

• После этого его методично и жестоко били по различным частям тела, выбивая нужные показания.

Защитники лично наблюдали многочисленные и очевидные следы побоев на теле Муминова. Более того, эти травмы были напрямую продемонстрированы заместителю прокурора города Карши. Однако реакции надзорного ведомства не последовало.

Шарипов прямо указывает: несмотря на то, что травмы на теле Муминова видна невооруженным глазом и зафиксирована в присутствии зампрокурора, прокуратура города Карши до сих пор не дала никакой юридической оценки фактам применения пыток и противоправных действий. Прокурорский надзор в данном случае фактически превратился в молчаливое потворство истязаниям.

3. Провал приёмки в СИЗО № 5: как физическое состояние задержанного обнажило сговор

Глубину трагедии и степень повреждений Джавохира Муминова доказал эпизод, произошедший при попытке его конвоирования. 9 июня 2026 года Муминова попытались перевести в следственный изолятор № 5, расположенный в районе Шайхали под городом Карши.

Однако дежурная служба и руководство следственного изолятора № 5 совершили шаг, выбивающийся из привычной схемы силовой поруки. Оценив критическое физическое состояние Муминова и характер травм, покрывавших его тело, сотрудники следственного изолятора № 5 категорически отказались принимать задержанного в учреждение. Медицинский персонал и администрация изолятора в районе Шайхали попросту не захотели брать на себя ответственность за человека, избитого до полусмерти силовыми структурами.

После того как следственный изолятор № 5 отказал в приеме, конвой был вынужден развернуться. Джавохира Муминова доставлен обратно — во временный изолятор Каршинского управления внутренних дел. Как отмечает адвокат Шарипов, все эти манипуляции с перемещениями преследовали одну цель: продолжить оказываемое на Муминова давление. В стенах временного изолятора Каршинского управления внутренних дел из задержанного с помощью незаконных методов продолжали выбивать признательные показания.

4. Зачистка правозащитника: почему Джавохир Муминов стал угрозой для силовиков Кашкадарьи

За жестокостью и спешкой, с которой Каршинское управление внутренних дел и прокуратура города Карши пытаются сломать Джавохира Муминова, скрывается четкий мотив. Председатель правозащитной организации «Эзгулик» Абдурахмон Ташанов прямо заявил: преследование и арест Муминова напрямую связаны с его профессиональной и правозащитной деятельность.

Джавохир Муминов вел активную работу на территории Кашкадарьинской области. Ему удалось вскрыть и документально подтвердить существование отлаженной преступной схемы, используемой местными правоохранителями. Муминов выявил десятки уголовных дел, в которых системно фигурировали одни и те же граждане, выполнявшие роль «лжежертв».

По словам Абдурахмона Ташанова, Муминов превратился в персональную и крайне опасную проблему для силовой структуры региона, и в первую очередь — для прокуратуры:

«Он предоставил нам материалы по проблеме «подставных жертв» и выявил эту проблему не только в Кашкадарьинской области, но и по всей стране. После того, как мы вынесли этот вопрос на общественное обсуждение, сотни подобных уголовных дел стали поступать из всех регионов Узбекистана».

Председатель «Эзгулик» Абдурахмон Ташанов на своей странице в социальной сети Facebook публично подчеркнул:

«Джавохир Муминов стал мишенью из-за своей профессиональной деятельности. Обвинения против него ложны и совершенно безосновательны с юридической точки зрения. Он стал жертвой коррупции, и у нас достаточно доказательств, чтобы это подтвердить».

5. Фабрика «ложных жертв»: масштабная схема фальсификаций, раскрытая с участием Абдурахмона Ташанова

Журналистские расследования и материалы, собранные Джавохиром Муминовым и опубликованные правозащитной организацией «Эзгулик», раскрывают циничный механизм работы репрессивного конвейера.

Схема «ложных или подставных жертв» работает следующим образом:

1. Силовики привлекают штат нанятых или находящихся у них на крючке лжесвидетелей.

2. Эти лица регулярно и системно участвуют в совершенно не связанных между собой уголовных процессах в качестве «потребителей», «заявителей» или «пострадавших».

3. На основании их фабрикуемых показаний и провокаций силовики возбуждают уголовные дела в условиях полного отсутствия реальной доказательной базы.

Это прямой метод фальсификации доказательств, институциональной провокации и разрушения самого института справедливого суда. Джавохир Муминов и Абдурахмон Ташанов вытащили эту гнилую практику на свет, превратив региональный скандал Кашкадарьинской области во всенациональный резонанс.

6. Официальное признание МВД: как Рамазон Ашропов вынужден был отреагировать на скандал

Масштаб разоблачений, инициированных Муминовым и подхваченных независимыми СМИ, достиг такого уровня, что руководству центральных ведомств пришлось давать публичные объяснения.

В апреле 2026 года заместитель министра внутренних дел Рамазон Ашропов публично объявил о начале масштабного пересмотра заявлений, касающихся повторного участия одних и тех же граждан в качестве «пострадавших» по уголовным делам.

Рамазон Ашропов официально признал факты, вскрытые журналистами и правозащитниками, и сообщил о принятии спецмер:

Для постоянного мониторинга и пресечения подобных случаев был создан специальный республиканский реестр.

Это прямое подтверждение того, что системная проблема «подставных потерпевших», о которой заявлял Джавохир Муминов, существует на самом высоком государственном уровне. Но вместо благодарности за искоренение коррупционной схемы правозащитник Муминов получил мешок на голову, побои и фальсифицированное дело, а его адвокаты Шарипов и Ибрагим Содатов — прямое физическое насилие от начальника учреждения Нодира Элматова и полное игнорирование со стороны прокуратуры города Карши.

Автор: Иван Рокотов